Works

Не верь никому, кроме той звезды тихой. расти в себе дзен, скрывайся в юдоли. вай-фаем и горем питается голем. в страну золотую часы твои тикают. детский мой край утопнет вдруг в осени. поезд рассудит, бог у обочины. самое главное спрячу за прочерком- выстоять, выстрадать, выследить, выстрелить, высмеять! высмеять! высмеять! высмеять!

Холодных суток эскимо Тесьмой закатною прошито. И просит помощи само Небес заржавленное сито, Не видя, что к нему гурьбой Идут с отчаянной мольбой.

Я подвальный певец опальный. Где вы, небо и облака? На стене моей тесной спальни -- Нарисованная тоска.

Самое время готовиться к лету мяч накачать, с чердака достать Летова струны тянуть, посвистывать в гильзы у красоты не случается пользы летом возможен неистовый ветер Таня в овраге, прижат к стенке Петя мыши в сарае отравятся сами бабское лето, божеский саммит

Где потомки великих племён? Где пророки великих религий? Отчего не набаты, а стон Над остовами стылых реликвий?

Меня выбросила на мель коммуналки житейская буря. За тонкой перегородкой моей комнаты–чулка жила супружеская пара. Жила вверх тормашками. Всё, что обычно лежит на столе, валялось на полу. А то, что на полу -- на столе и кровати. Свободным оставался только потолок. В центре его одиноко торчала лампочка-голыш.

Палисадник у дома, калитка опустевшая будка собаки сени темные, фото...Маринка? Ковш дырявый на крашеном баке дверь, обитая дермантином века прошлого сны и молитвы кем мы стали? В какие мы ставни? Друг, замученный бесом винным

Солнце встало у ворот, Чрез лесок лиса идёт, В лапах лисоньки петух, В радость ей куриный дух. Подошёл к лисичке волк,

В нежно-тихую рань Просыпаюсь в лугах, И куда я ни глянь, Ночка дремлет в стогах. Льёт небесная высь