Приключение Фёдора сына Тсеча,(5. Мир динозавров)

Как и игобы вотоиди развивались,
И было всё у них пока ещё нормально,
На свет очередой своей являлись.
Мир динозавров не менялся кардинально.

Землетрясенье, извержение вулкана
Разрушили уклад привычной жизни.
Велоцирапторы под пеленой тумана
Внесли свой вклад к трагичности событий.

Проникнув в брешь открытого разлома,
Довольно многих из людей поели.
И это время человеческого стона
В существовании тревожащих сомнений.

На женский род особый приговор,
А с ним и племени беда возникла.
Навис природы над людьми топор.
Найти из цикла надо было выход.

Ведь если возле племени игобов
Велоцирапторам покоя не давали,
То возле вотоиди, их чертогов,
Об этих ящерах пока-что мало знали.

Как муравьи, привыкшие жить вместе,
Остатки из людей сомкнулись в стаю.
Когда устроились на новом месте,
Увидели, что женщин не хватает.

Совет собрали, где гадали да рядили
Что делать, можно ль выжить в этом мире,
Решив проблему, так постановили,
Что на земле должны жить и другие.

Кетцалькоатлей лучших отобрав,
И приведя их в лучшую готовность,
Лететь решили в стороны, туда,
Где женщинам не светит обречённость.

Что ожидает их вдали от дома,
Какие приключения, напасти?
То первый опыт, может даже комом,
Но что пенять, когда всё в божьей власти.

Искали хоть кого себе подобных,
Земля большая, а народу мало.
Нет сведений о тех годах подробных.
Не до излишества, когда начало.

Смотрели всюду долго и упорно.
Ведь смерть за племя их не удивляла.
Но гибель всех, то тяжело бесспорно,
И каждая душа о том страдала.

Не только случай и удача помогают,
Но и великий сотворитель мира.
Об этом люди умные тут знают,
И Он поможет непреодолимо.

Внизу узрели лагерь вотоиди,
Сооружения чужие из бамбука.
Настала череда других развитий.
Война людей, то новая наука.

Но наблюдались в основном одни мужчины.
А где тут женщины, куда же делись?
Какие здесь произошли причины?
Ответы на вопросы не имелись.

Ни запад, ни восток, ни север тоже
Не дали никакого результата.
И только юг наверное, похоже,
Быть может, вдруг, покажет то что надо.

Когда увидели колонну женщин,
То было величайшим провиденьем.
Взяв сколько надо в первый раз, не меньше,
Назад отправились за скорым размноженьем.

Я Фёдор, Тсеча сын, и здесь меня
С опаскою, но приняли как друга.
Никто из нас ни в чём не обвинял,
И потихоньку отошли все от испуга.

И надо же такому приключиться,
По верху пролетели чужаки.
Успели стрелы тут и там вонзиться.
Так появились первые враги.

Где женщины трудились, приземлились
И стрелами снотворными сразив,
Назад быстрёхонько поудалились,
Игобов остальных всех разозлив.

Нельзя так оставлять без отомщенья.
За чужаками надо проследить.
Людей забравшим нет у нас прощенья.
Укравший не достоин больше жить.

Рог затрубил, сбежалось племя вместе.
Лашрам и Манаш взяли командиров,
И те, посовещавшись на совете,
Найти решили чужаков другого мира.

С плато Желаний племени игобов
Во все четыре стороны земные
Отправились искать на птеродонах
В края неведомые лучники впервые.

Великий океан с названьем Тетис
Лавразию с Гондваной омывал.
И только ищущий мгновенной смерти
Пытался плыть по пенящим волнам.

Но между двух больших материков
Был перешеек их соединенья.
И вот, не доходя до облаков,
Птеранодонов шло соединенье.

Оно шло на удачу к вотоиди,
Чтоб покарать за их лихой налёт.
Немыслимо хотелось их увидеть.
Никто пока то место не засёк.

Деревья триста метров высотой
Давали и приют, и пропитанье.
Внизу недолго будешь ты живой.
Здесь ценность главная: слух и вниманье.

Птеранодоны клювами с когтями
Отважно били змей, жуков, рептилий.
Летели группы первобытными путями,
Вполне справляясь без автомобилей.

Внизу то испарения болот
Живое убивали на пространстве,
То стая комаров вдруг нападёт,
То муравьи оставят в чистом глянце.

Отроги гор, скопленья разных туч,
Преодоленье всех стихий опасно.
Внизу нещадно жарит солнца луч,
На небе всё слегка в прохладной краске.

(Продолжение следует …)
–
Сергей Прилуцкий, Алатырь, 2015