Не имя же главное…

Моросил мелкий дождь… Мне было холодно и одиноко. Промокнув насквозь, я вся дрожала. Вода струйками стекала по телу… Да ещё и ветер… Студёный, осенний, он обдувал беспощадно, и от этого хотелось выть…
Люди спешили по своим делам, не замечая и даже сторонясь меня. Я уже и не смотрела в их сторону – привыкла…
Укрывшись под навесом, я примостилась на пороге старого ресторанчика. Оттуда вкусно пахло, и желудок отозвался громким урчанием, сообщая, что хочется есть! Я смотрела на лужи, наблюдая, как они покрываются пузырьками от капель, чтобы хоть как-то отвлечься… Но громкое урчание желудка не давало покоя. Дверь в ресторан была приоткрыта.
– Нет, нельзя: выгонят, ещё и побьют,– думала я, но уже пыталась войти… И… Тепло… Как же здесь тепло!
Я тихонько прошла в зал и спряталась за занавеской.
– Посижу – хоть погреюсь.
Громко играла музыка, ещё резче и чётче становились запахи, и я уже могла определить, сколько здесь людей и что они едят…
Совсем рядом за столиком сидела женщина с салатом. Я поморщилась, – нет, я ещё не настолько голодная, чтоб есть такое…
Чуть дальше сидели двое и ели отбивные.
– Отбивные! – от радости я совсем потеряла голову и выбежала из-за занавески. Я так радовалась, так смотрела на них…
– Ну же, ну же!! Что,вам жалко?! Дайте хоть кусочек!!!
– Какой ужас! Вы посмотрите на эту тварь!! – закричала девушка, упустив с испугу вилку с кусочком отбивной.
Я подхватила её и проглотила, едва успев выплюнуть вилку… Радость резко сменилась болью, когда меня ударили в бок.
– Не трогайте её! Она со мной! – раздался громкий уверенный голос. Я посмотрела на своего спасителя и увидела женщину с салатом…
– И почему за меня не заступаются те, кто ест отбивные, или хотя бы котлеты? – подумала я, но тут же, мне стало стыдно за такие мысли, – что это я такая неблагодарная? Она же добрая такая, и глаза как у меня… Точно… Точно как у меня… И я уже люблю эту женщину и даже согласна попробовать её салат, хотя и понимаю, что он совершенно не съедобен…
– Ну, что смотришь? Тебя как зовут? Пошли отсюда… Худющая какая и грязная… Ничего, отмоем, откормим… Давай, я буду звать тебя «Жулька».
– Нет! Только не «Жулька»! – кричала я глазами.
Женщина наклонилась, погладила меня, почесала за ушком и улыбнулась.
– Хотя… Чем плохо «Жулька»? – подумалось мне. –Прошлые хозяева вообще называли меня «Сосиской»… «Жулька» я, так «Жулька»: не имя же главное, а главное –чтоб было, кому меня звать…