Другое

100 Сквозь ночь, как через тонкое стекло, – И не заметишь призрачного хруста, Но что сегодня пусто – завтра густо,

Дышала пашня влагой и теплом Готовая принять благое семя. Но прежде нас на свежий чернозём С «ревизией» примчалось птичье племя. И воробьи, и галки тут как тут, И важные грачи в чернильных фраках, Слетелся мигом шустрый птичий люд Сюда со всех окрестных буераков.

Дождь хлестал с первобытной яростью,Словно вырвался из оков.Не успел никуда запрятатьсяСамый мелкий из воробьёв.Мокрый, маленький, неприкаянный,Желторотик, совсем птенец,Он чирикал дождю отчаянно,Чтоб убрался тот наконец.Я рванула к дверям немедленно,Чтобы выручить воробья.И потом лишь уже заметилаВ этих самых дверях тебя.Ты явился подобьем солнышка,Хоть мокрее самих дождей,А в руках нёс того воробышка,Чтоб его обогреть скорей.Ты умён, бескорыстен, искренен,Добр, силён… но при всём притом –Для меня ты вдруг стал поистинеТем воробышком под дождём.

183 Едва уснут колючие ветра, Весна лучистым зайцем прыгнет в окна, – Надежды перелётная сестра, Чей сарафан не строчен и не соткан:

Євген Плужник Надходить дощ. Шумлять бліді берези... Рвуть блискавиці сірих хмар рядно... А дужий грім зустрів такі діези, Що злякано дзвенить вікно! Тікає день. Скриплять вози на греблі... Під чередою стогне оболонь... І раптом шріт — дрібні перлові краплі...

Не чуючи, перебирала. Євген Плужник Не чуючи, перебирала ти Пожовклі клавіші, задумана й тривожна; Здавалося, гукни тобі: – Лети! – І повернути вже не можна! Та з того, як здригалася рука, Як інколи стеналась вся ти,

Его таят изыски мелочей: Морозный день в жемчужных бликах света, В подснежниках оттаявший ручей, Шальная трель весеннего привета…

138 Я зайду в подъезд И достану ключ. Тканый коврик в крест, Из прихожей – луч,

Тропинку слез твоих увидел невзначай, По ней пошел и обогнул твои преграды, Нырнул в глаза и понял, здесь мой край, И послана ты мне, чтоб звезды были рады.