Лирика историческая

Один сказитель, одни уста; Родное слово – журавлик в небе! Писал, как ангел, – один из ста: Земные сказы – царевна Лебедь Пером гусиным в руке Христа. Он дни за днями лелеял речь, В единство веры вплетая годы, Чтоб житиями предостеречь, Наполнить славой собора своды,

"Да, сегодня Великий пост". (Иван Шмелёв, «Лето Господне») Ты помнишь последнее лето детства? Выросли крылья, некуда деться.

Спокойный ангел не беспокоит Небес покои – Анадырь крыши; Меандру суши (штормами скроен) Речь скромных женщин в устах затишья. У скромных женщин (у волн вечерних) Увалы вечности рукоплещут: Античный ангел на тверди чертит Частицей моря в узоре трещин.

«Шибко я комиссарил, был судим ревтрибуналом за превышение власти… Два дня ждал смерти… А потом пришли и выпустили…» (На суд родители привезли поддельную метрику, и его освободили как несовершеннолетнего) Из воспоминаний Шолохова Шуршанье, шёпот в шипящих шорохах. Свечей чадящая череда.

Фото из интернета My WebPage ОСТРОВ (акро) «Чёрная жемчужина России» Пикуль «Каторга» От ужасной острожной тюрьмы многотрудно к заливу Анива Сахалинской "дорогой" брели в буреломах судьбы и тайги - Топотали кандальные тьмы - застить звоном красоты залива,

Как вам живётся Фридрих Иероним? После российской службы какие мысли? Горькою правдой сказки легко раним Перед стаканом пунша у полной миски. Дым из пеньковой трубки прошёл в мундштук; Кашель понятен: лучший табак – ядрёный. Ядра летают – сверхскоростной маршрут Первого класса для одного барона.

Normal 0 false false false