Лирика пейзажная

Бисером холодных капель, Сыплющимся отовсюду, Встретил лес. Он то ли плакал, То ли изгонял простуду, Покидающую с влагой Занемогшие деревья. Невозможно сделать шагу Не осыпанным капелью. Подраскисшая тропинка Чавкает, вздыхает жутко

Он в прошлом, говорят, из парижан: Однажды посетивши Андреаполь, Остался жить в нём отставной сержант. Скамейка. Тучка. Редкий дождь закрапал, Как будто с неба лунный кот наплакал Слегка ему на форменный пиджак. Куснув легонько с краю крем-брюле, Смотрел, как выплывал в конце аллеи, Оставив отсвет ночи на земле,

И кактус ответил на “как тут у вас?“: Бывает, в полудне болит голова… Но это не страшно. Страшнее сей час, Когда всё горит, а небо погасло…

Срывался - и переставал, но это не каприз. Не плутовал, не бастовал: набрасывал эскиз. Он был как будто не готов к искусству января. Тянулся нехотя на зов слепого фонаря. Лениво поверху скользил. И все-таки к утру созрел и миф изобразил резьбой по серебру. Берёзы в ряд, узор оград, газоны вдоль дорог.

Серебрятся поля под звездою вечерней. Сизой дымкой окутан чернеющий лес. Беззаботно земле, у неё попеченье лишь одно – о младенце, грядущем с небес.

Normal 0 false false false

Любимых книг тепло и непокой в паучьей спальне в коробе забвенном нащупаешь пропащею рукой, и заиграет вирус в стылых венах, и преданность младенческого сна возьмёт своё из свалки философий, и поспешишь к долине, где весна таит свои берёзовые соки, где в чёрных ковылях ручьями вниз сбегают смерти сыгранные дрожжи…

СНЕГ-КОЛИБРИ Снег идет. Его калибру Я дивлюсь, разинув рот - Не снежинки, а колибри, Только северных широт!