поэзия

Понедельник не бездельник, Понедельник первый день Нашей трудовой недели Прогоняющий всю лень. Понедельник- это старт, От которого зависит Весь наш финишный азарт, Так что лучше друг не кисни.

Если бы ни этот вечер, Не было бы ничего. На столе сгорают свечи И стоит для нас вино. Если бы ни этот вечер, Я б тогда пропал один. И души моей диспетчер Посылал бы только сплин.

Листья ноября перегнивают, Стелется туманный холодок, Тенькают синичек малых стаи. Вместо луж молоденький ледок. Шарфик милой ленность прогоняет Змейкою свисая нежно с плеч. Ветер скрипкою всё завывает, Хочет нас игрой своей увлечь.

В бабьем лете с тобой утонул с головой, Паутинки его как реснички. Говоришь мне: Ты мой. И я вторю: Да твой,- Ставя штамп на совместной страничке. Как рябина была для меня ты горька, Но в морозе ночном стала сладкой. Помнишь раньше, прощаясь, ты мне всё "Пока!" Говорила под лунной лампадкой.

Осенний листопад на плечи мне упал, Теперь я офицер октябрьского толка. Внезапно для себя командующим стал, И не жалею о такой судьбе нисколько. Листва моих солдат не ведает преград, Земля на данный миг в атаке стала нашей. И пусть то будет лишь опять моя игра, Зато победа так изящна и блестяща.

Гаечный ключ не поможет здесь, И родниковый ключ высох весь. Ключ от двери, то пустой каприз. Выключен свет, начинай стриптиз. Волны уходят на брег в песок. Волны от ветра мне бьют в висок. Музыка на радио-волне. Я от волненья смущён вполне.

Пусть говорят все про монеты и котлеты, А я нашёл определение мофеты. Понятней людям было чтоб любого пола, Мофета - затухающая фумарола. Её не надо путать только с сульфатарой, Слегка с другими компонентами для пара. Но если невзначай флюид пошёл в разгон, Сей резкий выхлоп называется грифон.

Четыре утра. Рядом с белым туманом Зелёный стал к нам приближаться, Но он оказался ужасным обманом,- Вдруг каждый здесь стал задыхаться. Вся кожа краснела и волдырилась, Шла кровь горлом с приступом смерти. Как будто дверь ада уже отворилась И в теле запрыгали черти.

На эроплечи лечу пилотом. На эрогруди я правлю стропы. На эрогубы сажусь без спроса. На эрощёчки,- да без вопроса.

Из сигары клубится дымок, Пепел сыпется весь на асфальт, В горло будто вцепился бульдог, Мир распался, как звонкий хрусталь. Мне теперь ораторий орган, Замолкая, играет псалмы. Стал листом ноября хулиган Шелестящий среди тишины.