Я из дома вырвался на волю,
Всю неделю эту – взаперти,
Только школа, школа… и ни боле,
Мог я лишь до бабушки дойти.
Ну, а нынче выдалась свобода!
Я прощён до следующих «грехов»,
А свобода – это для народа
Вель совсем не пара пустяков!
Куча «двушек» звякает в кармане,
Будка телефонная торчит,
И звоню я «для отметки» маме:
«Мам, мне надо к Димке заскочить.
Мы не будем с Федькой драться, честно,
Димка померился с ним вчера.
Дел у нас сегодня просто бездна.
Мама, это спешные дела!
Сменим руль мы у велосипеда
И немного погоняем мяч.
А потом, уже после обеда,
С пятым «а» у нас футбольный матч.
Мама, ну сегодня ж воскресенье!
Мне уроки выучить раз-два,
Я успею, это без сомненья.
Ладно, математику сперва.
Мам, ну мам, да не хочу я кушать,
Ну поверь, ни сколечко, совсем,
Мам, ну я пломбир срубаю лучше.
Хорошо, у бабушки поем».
…Разговор такой припомнит каждый,
Тут уж не прибавить, не отнять.
Вот бы в детство позвонить однажды –
Мамин голос услыхать опять.
Может быть, найдутся всё же квоты
Воплотить мой взбалмошный прожект?
Только… раскурочен телефон тот,
Да и «двушек» больше нет уже.
Все мои педагоги
по алкодисциплинам
вознеслись
посмеявшие меня в студенты
сжигали книги и прыгали
в окны
губы-лебеди
поэты-песенники
мотоцикл с коляской
за околицей Шиновки
вдруг вляпался я
в северную корейку
мама и папа
братья и сестры
кукиш вам с маслом
я был всегда
я буду всегда
стихи против взрослых
Детям
Автор Полина Закс|
Из беспечных снов
Ты появился из беспечных снов, Из ветра и раскатистого эха. Тебе дарили погремушки слов И россыпи цветных горошин смеха. И небо удивлённо и хмельно Смотрело на рождение июля, И музыка в открытое окно Вплывала, замирая в складках тюля. Океан на пяльцах Прозрачная гладь сонета Спадает со стопки книг. Глядит с тишины портрета Печально-овальный лик. Лежит океан на пяльцах С рисунком другой земли. Ты вышьешь его, Но пальцы, Пожалуйста, не уколи. Маленький виновник В углу, на кухне, у плиты, К ведру прижался старый веник. Там притаился юный пленник, Виновник маленький беды. С кровати спрыгнув босиком, Ждет объявления отбоя. Пятно варенья на обоях. И дверь со сломанным крючком. Смех ребёнка И шум дождя, и смех ребёнка, Бежал, бежал он босиком... И брызги солнца в тёплых лужах,-- Всё у меня украла стужа. А над оконным косяком Сосулек частая гребёнка. На взрослых птиц похожи Уже на взрослых птиц Похожи стали дети. Скорлупки от яиц Разбрасывает ветер. Они летят на риск, Едва расставшись с пухом. В гортанных криках писк Улавливает ухо. Росянка Сонный месяц нёс караул. Воду в озере зачерпнул. Я стоял на горе крутой, Я поведать хотел о той, Чья походка всегда легка, Как весенние облака. Тёплый камень сказал: «Гляди, Что за сердце у ней в груди?» И шепнул мне зелёный лес: «Не иначе попутал бес?» И промолвили небеса: «Есть Росянка и есть Роса». |
К ЧИТАТЕЛЯМ
«…говорил друзьям об Озе и величье бытия…»
«…счастье высшее трудиться, полпланеты раскроя…»
«…будешь в бронзе монументов знаменит во все края…»
«…демократией заменишь короля и холуя…»
«…чтоб губами чудо тронуть поцелуя и ручья…»
«…В ящик рано или поздно… Жизнь была — а на фига?!»
Андрей Вознесенский, «Оза».
Нет-нет, господа!
Уверяю вас,
я — далеко не Поэт.
Поэт — он не здесь.
Он где-то над нами.
Поэт обязан «творить»!
Поэт — «в эмпиреях витает»…
Мне же, на старости лет,
Время от времени,
хочется
о жизни поговорить.
Попробовать,
вместе с вами,
найти в ней реальный смысл,
Ещё раз
пусть тщетно, но, всё же —
поразбираться в ней,
В надежде:
а вдруг, да родится
нетривиальная мысль,
Помимо
банальных истин,
навязываемых извне.
Знаю,
что многим
давно я
старым занудой кажусь,
Сознательно избегающим
привычных лирических тем…
Но важно не то,
насколько красиво и складно
я что-то скажу,
Важно — о чем я скажу,
почему я об этом скажу,
и — зачем.
Кто-то когда-то в Сети
дал мне прозвище —
«Мрачный Мэтр»,
Кто-то — напротив —
считает, что слаб
в стихосложении я…
Можно бы,
с легкостью,
вбить эти строчки
в силлабо-тонический метр…
Можно бы!..
только,
простите, пожалуйста, —
а на… фига?!
Помните опус «Оза»
из шестидесятых годов?
Как там
Андрей Андреич
в «Вороне» рифмовал?
Подобному
псевдоэзопству
и я был всю жизнь готов
Учиться,
как Миша Танич,
с группой «Лесоповал».
Так что, не важно,
о чем там гудит
читательская молва.
Бессмысленны —
в стихосложенье —
законы теорий пустых…
А то, что я,
не напрягаясь,
легко и свободно
могу рифмовать —
Лишнее доказательство
бесспорной моей правоты.
Художник,
порой,
вместо кисти
использует мастихин,
И часто
«занудное творчество»
лирике не чета.
Короче…
если хотите чуть-чуть подумать —
читайте мои стихи.
Если же думать не хочется —
можете не читать.
Время
Автор Полина ЗаксВремя живёт в песочных часах
с талиями худыми.
Время -- в бабушкиных волосах,
Стали они седыми.
В бочке с весёлым игристым вином
Давнего урожая.
Светит Луна за моим окном,
Взгляд с каждым днём сужая.
Прожила лиса без бед,
Не один десяток лет,
Никогда не дула в ус,
Ощущала жизни вкус.
Тут явилась старость к ней,
Хоть рекою слёзы лей,
Силы в лапах никакой,
Ей не в радость свет дневной.
Рассуждать лиса взялась:
- В лужу мне нельзя упасть!
У медведя есть изба,
В ней пожить моя судьба!
Слов лисичке не толочь,
Мысль легко с собой волочь,
Заявилась к Мишке в дом,
Бьёт лиса пред ним челом:
- Милый Мишенька, мой свет,
Жизнь моя теряет цвет.
Стала старой я совсем,
Много сплю и мало ем.
Дай в избе ты мне пожить,
Мне себя не прокормить!
Пожалел её медведь:
- Мне грешно тут не хотеть.
Время то не за горой,
Старость та придёт за мной.
Полезай, лиса, на печь,
Силы сможешь там беречь,
А с едой проблем не знать,
Будешь жить, не горевать!
Радость ей не скрыть ничуть,
Ей спины теперь не гнуть,
И лиса пошла в обход,
Там, в сенях, уж лапы трёт.
Взгляд лисы огнём горит,
Мёд она в кадушке зрит:
"Ах ты, Миша-Михаил,
Жизнь мою ты подсластил!
Силы я в себе найду,
Ночью в сени я приду"!
Вот на двор ступила ночь,
А лисе уже невмочь,
Стук да стук она хвостом,
Глазки кажет с огоньком.
Мишка задал ей вопрос,
Взглядом он к лисе прирос:
- Что ты, лисонька, не спишь,
Целый час хвостом стучишь?!
Да лисе не тратить слов,
У неё ответ готов:
- Там, в сенях, мышей полно,
Выгнать их пора давно!
Всё пищат они, пищат,
Сон мой чуткий теребят!
Отвечает Мишка ей:
- Так гони их из сеней!
И лиса с печурки, прыг,
В сени ходом, напрямик,
Мёда в бочке в самый край,
Только лапой управляй!
Съела лисонька вершок,
Вновь на печке греет бок.
Мишка глазки приоткрыл,
Словом Мишка не грешил:
- Мыши вроде б не пищат,
Будешь спать, лиса, в услад!
В небесах лиса кружит,
Языком едва шуршит:
- Прогнала мышей я всех,
Им теперь не до потех.
Спи, Мишутка, без тревог,
Для мышей есть в поле стог!
Скоро день явился в дом,
В срок и ночка чередом.
Вновь хвостом лисичка бьёт,
Глаз от Мишки не ведёт.
Мишка гнев не проявлял,
Он лисе вопрос задал:
- Что ты, лисонька, не спишь,
Два часа хвостом стучишь?
Да лисе не тратить слов,
У неё ответ готов:
- Мыши те опять в сенях,
Потеряли, видно, страх!
Всё пищат они, пищат,
Сон мой чуткий теребят!
Отвечает Мишка ей:
- Так гони их из сеней!
И лиса с печурки, прыг,
В сени ходом, напрямик,
Ест она пригоршней мёд,
В бочку с мёдом нос суёт,
Как наелась, вновь на печь,
В мыслях ей теперь не течь.
Мишка чуткость проявил,
Он ей время уделил:
- Мыши вроде б не пищат,
Будешь спать, лиса, в услад!
У лисы один ответ:
- Да, мышей в сенях уж нет!
Спи, Мишутка, без тревог,
Для мышей есть в поле стог!
Месяц вышел за плетень,
В избу входит новый день.
Мишка утром встал с зарёй,
Накрывал он стол с душой,
На столе том самовар,
Пирогов пахучий жар,
А коль мёда есть запас,
К чаю мёд им в самый раз!
В сени Мишка завернул,
Век над бочкой не сомкнул:
- Эко диво, мёд пропал,
У меня он год стоял!
Возвратился Мишка в дом,
А лиса уж за столом!
Почесал он нервно нос,
Учинил лисичке спрос:
- Там, в сенях, стоял медок,
И куда ж он деться мог?!
В удивлении лиса,
Лапой трёт она глаза:
- Это мыши съели мёд,
Знаю их мышиный род!
Мишка в думку ту полез:
- Тут, лисичка, тёмный лес!
Мыши мёду не едят,
Он для них смертельный яд!
Да лисе стыда не знать,
Не судьба ей горевать:
- Нет цены таким словам,
Может, съел медок ты сам?!
Возмутился Мишка, жуть:
- Можешь ты, лиса, куснуть!
А лиса и говорит:
- Ум, твой, Мишенька, чудит!
А медок мы твой найдём,
На полянку, друг, пойдём.
Там, на солнце, полежим,
Наш вопрос и разрешим,
Коль на солнце греть живот,
Вмиг наружу выйдет мёд,
И посмотрим, кто же прав,
Без размолвок и расправ!
Вот прошёл какой-то час,
Не сомкнёт лисичка глаз,
Мишка очень крепко спит,
Сны прекрасные глядит.
Тут лисичка ходом в дом
И назад бежит, с медком,
Наскребла по дну чуток,
Пригодился ей медок.
Мишке мажет им живот,
Вся в той радости цветёт.
Мишка кажет сонный лик,
Вдруг он слышит дикий крик:
- У тебя живот в меду,
Я тебя, мой друг, пойму!
Ведь на то ты и медведь,
Как тут мёду не хотеть?!
А меня винить не смей,
Нет в лесу лисы честней!
Ночью Мишенька не спит,
Он под нос себе бубнит:
- Мыши мёду не едят,
Он для них смертельный яд,
Но и я медок не ел,
Кто ж кадушку мёду съел?!
И опять твердит своё:
- Но не ел я, ё-моё!
Да лисичка крепко спит,
Тем хвостом уж не стучит,
А в сенях мышиный бал,
Спать лисе он не мешал.
Конец
Автор: Виктор Шамонин-Версенев
Художник: Мирослава Костина
В лугах задумчивых с цветами,
Мелькают проблески зари.
Неспешно ночь под небесами,
Сбирает звёздочки в лари,
Скатился месяц на задворки,
Уснул в соломе без забот,
Денёк белёсый на пригорке,
Косички травушке плетёт.
Ой, сторона моя, сторонка,
Моя безмерная печаль,
Вдали часовня-старушонка.
Платочка серая вуаль.
Автор: Виктор Шамонин-Версенев
В луга, в луга,
Забыть печали,
Там пахнут свежие стога
И манят дали,
Там росы чистые и свет,
Парит там ангел над цветами,
Там, в травах, скину пару лет,
Там ночь потрогаю руками.
Там я найду себе приют,
Там в стог прилягу у дороги,
Пусть дождь и ветер травы мнут
И совы ухают в тревоге,
А утром ранним, в час хмельной,
Пойду я лугом, напрямую.
Там церковь встала над рекой,
Я помолюсь за Русь святую.
Автор: Виктор Шамонин-Версенев
У нас холодные штыки.
Их в снежном поле точит воля.
А воля нам дороже доли.
И так освящены штыки.
У нас голодные штыки:
Давно не кормим понапрасну
Ни мягким, ни живым, ни красным,
Ни злобой праведной тоски.
«Штык в землю!» – больше не про нас.
Братанью снова – не поверим.
Нам за чертой последней меры
Встречать противника анфас
Голодным холодом штыков.
А там – дойдём и до клыков.
2024____________297
