Новеллы

1 Началась эта история с необычного объявления в одной из соцсетей. "Прошу помощи в розыске могилы моей родственницы - Зинаиды Ивановны Н. Захоронение датировано июлем 2015 года. В городе буду 1 сентября. Нашедшему выплачу вознаграждение в размере 10 тысяч рублей". Среди традиционных призывов купить комбикорм или установить пластиковые окна, на фоне поисков потерянных собак и склок под информацией об отключении горячей воды в микрорайоне "Шанхай", объявление выделялось и привлекло всеобщее внимание. Целые сутки под ним кипело горячее обсуждение. -Ишь, богач нашёлся. 10 тысяч для многих зарплата за месяц. Двумя строками весь город нищебродами обозвал и унизил.

Недавно имел место быть престранный эпизод: захожу я на почту, занимаю очередь, чтобы заплатить по коммуналке…. Тут ко мне подходит невысокий, морщинистый, лет к семидесяти-восьмидесяти старикан, судя по виду – потрёпанный жизнью и весьма неухоженный. И этак, сходу: - Плёхо вижу, скажите, ви крайний? Я говорю ему, мол, будете за мной, говорю на упреждение, потому как ожидаю, что он теперь будет доказывать, что тут был, а вы вот только зашли…. И готов не уступить, раз такое дело. А он прислушивается ко мне, улыбаясь, подойдя почти вплотную. - Скажите, ми с вами не знакоми?»

(ДО ДЕТСКИХ ДНЕВНИКОВ) Я тогда ещё, в глубокой старости, людей любил – видел обычное их и за бытие это любил: за стремление в отличие быть от животного – в поступках, за светлую дружбу, за бесстрашие и взаимопомощь, за любовь к большому и малому…. И много ещё за что, да и нет людей другими, думал я, а то, что есть, против, – то не люди, но звери.

Там, свыше небес… Вдруг, взлетев в головокружительных творческих фантазиях, зачем-то взглянуть вниз, на Землю, увидеть на ней себя, издалёка, – в каком-нибудь затрапезном углу, окружённого смиренным бытием, вросшего в муравьиный быт – заботами, радостями, обязанностями… И прочие округ мирки увидеть, похожие как две капли воды на твой.Увидеть и размыслить: ничего другого, казалось бы, и не дано – всё суета и тлен, и так всегда было – понятия эти, «суета и тлен», придуманы ещё до рождения речи, как догма…. вот если бы не Космос, твоё запредельно личное пространство.

(быль) и Временем пусто, и будто кто-то нас пожалеет… В принципе, конец света, супротив предсказателям, не так уж и близок! но люди всячески ускоряют его неотвратимое наступление; ныне съехать с ума и стать тварью гораздо легче и удобней, чем быть человеком! Мир земной, худо-бедно, однако же, ещё теплится… но, представим невероятное и скорое.

(писательские песенки) Лоскутное одеяло любви сшито из разнозначных тряпочек, главное тут – крепкая нитка.

(из не выдуманного) Дождь, заунывный и холодный, неожиданно прекратился, и они, взявшись за руки, выбежали из укрытия. - Украсть у времени мгновенье и в нём навеки полюбить! Вот в этот день и в этот час… прошу… ты выйдешь за меня? В единственном своём костюме, смущённый, путаясь в строчках собственного стихотворения, он встал коленями на мокрую мостовую и поцеловал ей тонкую руку. – Посмотри же на ратушу! На городских часах было 9.09. — Девять часов, девять минут, девятого дня, девятого месяца, девяносто девятого года, Леночка!

В тумане лет… в глазах закрытых тихий свет, и детства смех звенит меж сосен, а с неба – плач, многоголосен… ты есть, и нет. Лес… Здесь, на окраине Рая, Он отчего-то зовётся парком, видимо, из стремления придать ему, вкупе с некоторым уходом и охранением, обязательную несвободу. Однако же в нём нет ни одного высаженного куста или дерева – всё в природном виде, в совершенстве диком, разве что на входе помпезная арка с табличкой и доской объявлений, тут и там раскрашенные в цвета парадиза скамейки и, поодаль, похожий на космонавта, работник в пластиковой маске, ревущим заплечным пылесосом сметающий хвою с дорожек.