было

то было. Будешь дураком, если скажешь, что не было.
Не было.
Ты дурак.
Я девочка.
О! Вот те раз. Тогда ладно. Значит, не было.
Ты дурак.
Да нет, блин, я тоже девочка.
Ты девочка – дурак.
Тьфу на тебя.
Ой, да брось обижаться. Пошли лучше рыбу ловить.
Пошли.

В одной маленькой-маленькой стране, где всегда было тепло и было много вёдр,
овса и деревьев, не жила ни одна рыба. Даже самая неказистая типа ёрш там или зяблик. 
И гражданам этой страны, а девочкам в особенности, ни разу не приходилось поймать рыбы или даже с ней поразговаривать, или почесать за ушком, или поиграть в салочки – ничего такого совершенно не приходилось. И было от этого иногда невмоготу. И Наташа сказала: 
– Хочется чуда. Хочется чудесной какой-то штуки, чтобы в сердце ёкнуло и полетелось далеко-далеко мне от восторга и от всех. И чтобы было только огромное небо вокруг, дуновенье прозрачнейших синих молекул и щебетанье стрекоз. И больше ничего, и я.
– А я? – спросила Рдя.
– И ты.

И сталось так, как хотела Наташа. Она взлетела вдруг неожиданно далеко в небо, и взлетела с ней рядом лучшая её подружка странная именем и собой Рдя, и окутало их невероятным ощущеньем счастья и самобытности, а маленькая-маленькая страна, где всегда было тепло и не было рыб, закончилась.