Фантасмагория

«Враг огромен и грозен,

Многоглав, многозуб.
Он приходит без спросу
И, роняя слезу
Крокодилью над жертвой,
Сладострастно и в хруст 
Ест беременных женщин
И бессильных старух.

Враг хитер и коварен,
Лицемерен и лжив.
Он прожорливой тварью
Возле дома кружит.
Подбирая недужных 
Стариков и детей
Несмышленых, он души
Выгрызает из тел!» 

Над заказанным текстом
Записной сценарист
Эго смрадное тешил
До рассветной зари.
Строчки выпачкав бредом
И кровавой слюной, 
Забывался на время
Лихорадочным сном

Патентованный бездарь…
В золотистом дыму –
Зубы скалила белка
И грозила ему 
Изумрудным орехом,
Утка с женским лицом,
Задыхаясь от смеха,
Разрешалась яйцом

Раскаленным, в расплаве
Колыхалась игла,
Смертной требуя платы,
И всевидящий глаз 
Вожделенной банкноты
На абсурдный предел,
На паноптикум Ноя
Затаенно глядел…

Жалкий червь анфиладой
Бесконечных зеркал
Полз по сонному аду, 
И змеилась тоска
Ледяная во взоре,
А навстречу текло
Неизбывное горе,
Абсолютное зло

Мириадами черных
Отражений души
Сценариста… О чем-то
Дребезжали гроши
В испоганенном чреве
Сокровенной сумы.
По гниющему древу  
Оскопленная мысль

Разливалась, манила
В мягкий обруч петли:
И не виделась – Милость,
И не виделся – Лик,
Во спасение данный,
И не виделось черт
Сквозь обличье путаны
От газетных харчей,

Сквозь нутро проститутки
От журнальных хлебов
Той божественной сути,
Что зовется – Любовь
Милосердная… Новый 
День чеканил шаги.
Предначертанным словом 
Назначались враги. 

Гнев нещадных сражений,
Гром великих побед,
Грешность, праведность, жертвы,
Перебитый хребет
Сценариста и пламя 
Исступленных костров –
Назначались согласно 
Праву пагубных строк: 

«Враг огромен и грозен,
Многоглав, многозуб…»   
Перезрелые гроздья
Прогибали лозу,
В бесполезности праздной 
Замыкали свой круг,     
Ожидая напрасно
Виноградарских рук…