***
подуй сильней
попробуй же
увидишь
как встрепенется дикий огонек!
вот–вот сорвется!
дуй еще разок!

ах
как боится с фитильком расстаться
сгорая
целовать
и обниматься
и невдомек глупышке
невдомек...
что только боль
и помнит
фитилек.


***
ластится
ластится
сукою течною
прочь прогони
отвращение спрятавши
... женщина
вечная...
что тут поделаешь
меченая.

нет
не пристали
позывы беспечные
лику иконному –
бдящему святошность –
в сущность калечную

Янус
улыбкой двоящейся давится
в скорби
от боли горнилом
очищенной
нимбом венчаемый

милый мой,
ах
как вас красит усмешка страдальца

не–о–бы–чайно!

***
в зареве
спалено
спутано
скомкано
дунь
и рассыплется

жжется?
простите...
ах
улыбаетесь?
вот вам пуд соли
котомку
и ангела
душу хранящего
светлого
вящего

...не возвращайтесь.

...свыкнется.


***
ах
как вам жалко
сирых да малых
вы вся такая
цветущая
светлая
белым бутоном
благоухаете
боязно
даже

остерегайтесь
всполохов алых
слов распаляющих
серым драконом
томно вздыхая
выдохнет жаркое
/белое – маркое/
тонко покроет вас бедную
светлую
липкою
сажей.

Хвала дерзнувшему — хотя бы на мгновенье —

Принять с усмешкой неразумность бытия,

Поверив алгебру мерилом Откровенья.

Ему, ославившему Логоса края,

Легко стесняться безотчетного порыва

И простодушно ликовать, что довелось

Стоять на цыпочках на краешке обрыва,

Где в бездну Времени Пространство сорвалось.

Как мучительна длительность кровного ровного счастья!

Ощутимого, зримого, словно браслет на запястье

Иль — ресничная странность чела…

Как чудесно — сминая, пленяя сквозные невзгоды,

Насладиться бездонностью раз обретенной свободы,

Чтобы вместе с тобой, повседневность деля на двоих,

Уцепиться подошвой за, в сущности, бренное время,

И брести, осязая прекрасное бремя как стремя,

Как пушистую прочность крыла,

В напряжении ума и упрямства, сверяя дыхание духа,

Направление вскользь отнеся к управлению слуха, —

Осторожно и твердо брести в несвободу других.

Со-причащение музами.

Здравствуйте, Теодор!

Видела Вашу музыку.

Слов не найду…

                      С тех пор,

как воссиял воссозданный

ангельский зов иль звук —

чувствую шелест воздуха

у основанья рук.

Обую ножки в мокасины я,
Кровь оттерев, скажу – «Пока!»,
Вампиру в сердце кол осиновый
И - ожерелье чеснока.

И автостопом  на рассветное
Махну, над прошлым не смеясь,
И песенки мои  не спетые
Дорожная покроет грязь.

Мне вслед вздохнёт чуть слышно колокол,
Звонарь уныло вытрет нос.
А за плечами в пыльном облаке
На землю ё***ся колосс.

11.2012 г.

У биографий нет границ,

А голый парк весь предан сплину –

Оставил карму датский принц

Всея России властелину.

О днях былых и рык, и речь

Хранятся ветхой книжной полкой.

Навек завис Дамоклов меч

Над старомодной треуголкой...

Я – затопленная…

Я – двухвесельная,

А от берега ни на шаг.

Я просила:  придите с ведрами,

Ряску вычерпайте,  лягушат.

Я просила старух и мальчиков

С удочкою у цыплячьих ног.

Я русалками их заманивала,

Здесь, придумывала,  осьминог.

Но в деревне сказали: справишься,

Ты ж не крепко  закреплена.

Сколько раз ты была украдена

И течением  возвращена?!

Сколько лет отдала ты подвигам,

Доверяясь мужским рукам?!

Вот теперь и плыви к молоденьким

И удачливым рыбакам!

И с тех пор я дремлю у мостика,

Где старухи трясут белье.

И красивая,  двухвесельная

Водомерка во мне плывет.

Ваш томный взгляд под прядью артистичной,
Татуировка на запястье "MORT" -
Общенья возжелав до неприличия,
Я шла за Вами как, pardon, эскорт!
Писали на манжете Вы о боли,
О тайных знаках, смерти и т.п.
Я вместо сахара в чай ухнув соли,
Умяла двадцать восемь canapе.
Мне всё в Вас нра... до содрогания тела,
Я Вас любила (был ли в этом толк?),
Признаться стыдно - замуж захотела,
Но Вы внезапно попросили в долг.
Какой passage! Любовь в одно мгновенье
Растаяла, мечтам моим – каюк.
Разрушили мне, гадкий, вдохновение -
Я денег в долг идейно не даю!

08.2013