Я грудь ее ласкал ногою...

 И грудь ласкалась от ноги…

 К ноге тянулись сразу обе…

 Ее шикарные грудИ…

Но к левой грУди лишь стремилась

 Моя влюбленная нога.

 А к правой – тяга обломилась,

 Хоть ножка правою была.

За что сея несправедливость!

 Грудь правая не полюбилась…

 Ни правой, ни второй ноге,

 Фригидной к сисечкам воощпе!

 ---------------------------------

 Я грудь ее ласкал ногою…

 Ее ногою грудь ласкал…

 Нога скользнула к изголовью

 И мне поставила фингал.

                                                                   "Но ласковый май вступит в права"

                                                                                                             (Сергей Кузнецов).

   Спроси у Юры Шатунова
бандос кто - Стенька иль Андрей?
и с кого началась
повсеместная гибель ласкового мая
в сказочных тридевятых сердцах

советских переломатых подростков.
 
Но Андрей говорит:
«Вы были, но вас всех не было

и если б не я

вы все - головки от куя
у творчества должен быть результат

и он здесь - деньги, много денег

они есть у меня,
но я их вам не покажу
потому что вы - гении, мля

а хений должен быть голодным

и ездить в метро

творить в метро

умереть в метро.

А станцию, на которой вы сдохните,
назовут вашим именем

но и эту историю сочинил для вас я

ха ха ха»!
Так говорит Андрей Разин.
 
А Серёга Кузнецов не сдаётся
он пьёт и пьёт
не взирая на цирроз песенный
уповает на суд небесный
ибо все земные уже профукал

вновь и вновь сочиняет

песенки для Юрки

Но никак не может попасть пальцем в юность.

                                                                                                                          144

Вот линия – наверное, дорога.

И многоточье – видимо село.

Речушки лента свёрнута в отрогах.

А дальше –

                    ночи синее крыло.

Под ним искрится Млечный путь Транссиба,

Подсказывая штурману маршрут,

Где пункты не подписаны курсивом.

И нет границ: где ненец, где якут?

Динамик ожил – вот и весть благая:

Нас примет, ненадолго, Магадан.

Полсуток лёту. Гул изнемогает,

Но всё ещё не виден Океан…

2005

начитался анаши

лико набу рился бу нина

смешно ли хрустально

я учусь ждать по бе
прощайте вовек
окаянные дни

а что там с тобой?

по серому неббу
не проплывут леди ди
общественный Cуй
вдруг настигнет тебя.

а я буду пить

медовуху и вечность

мне груди му машек

средь поля ро маток.

Ты вспомни, как я
горевал и не быти
а ты дёргал пузом
 хохотал в телевымер:
«наипал, наипал!».

Теперь ты встревожен,
стреножен
низложен.
Общественный Cуй настигает тебя,
самозванец.

Уходит пора золотая,
поплачься, себя пожалей,
берёза обноски латает
цыганской иголкой дождей.

А клёны не прячут нагие
узлы выступающих вен,
и мучает нас ностальгия,
и просит душа перемен.

Ты рядом, к чему торопиться
с утра в суматоху недель,
зонты, словно чёрные птицы,
куда-то уносят людей.

С намокшей травы не поднимешь
осины цветастый платок...
что там - за туманами - финиш,
а может быть, новый виток?

Валерий Мазманян

                                                                                        246

Глаза закроешь - боль виска,

Глаза откроешь - боль в ресницах:

Боль-нелюбовь, боль-небылица,

Боль-невесомость, боль-тоска.

Не зачерпнуть Ковшом небес,

За ворот звёздная поруха...

Кряхтит костлявая над ухом..

А вот огарочек - воскрес!

Едва расплылся огонёк -

В глазах твоих две капли солнца...

Мне не взглянуть в твоё оконце,

Но, слышишь, бьётся мотылёк...

2013