Works

Слушай, поехали в Керменчик, На поднебесные эти кручи, Где между зарослей алычи Рвётся на свет ручеёк трескучий. Где по утрам на цветах роса Слаще стократ родников студёных, И улыбаются небеса Счастью отчаянно-окрылённых. Если подняться ещё чуток,

Есть у нас ляля.Ее зовут Маляля.Она очень мала,И не умеет есть самаДали мы девочкеСупа тарелочкуИ хлеба немножко.Маляля отодвинула ложку,И залезла в суп руками:-Вы меня кормите сами!Говорит Маляля.Мы Малялю засмеяли

Normal 0 false false false

Волк охотой занят был, Он в лесу полдня бродил, Нет поживы, хоть завой, Выпал день совсем пустой! Вдруг пред волком чудный зверь,

Плачут ивы над прудом, О судьбе тоскуя, Ветер в стрехе над окном, Тишь жуёт, смакуя. Песнь выводит соловей,

А небо было ласковым и дивным, Прошитым акварелью облаков. И журавли красивым ровным клином Летели до счастливых берегов. А журавлёныш, распрямивший крылья, Почувствовавший первый перелёт, Был заводилой и душою клина, И рвался независимо вперёд.

О.Б. Она раздевается – словно сбрасывает лепестки. И в темноте я вижу сияние, исходящее от её золотых локтей.

Normal 0 false false false

В этом простом вопросе снова непримиримы: Я ненавижу осень, но обожаю зиму, А для тебя, я знаю, нет ничего прекрасней, Этих осенних баек, этой осенней масти. В осени (с детства) вижу только одну убогость, Лишь грязевую жижу, морок, тоску, промозглость. Нудных дождей гундосье мне неприятно крайне. «Ах, золотая осень!» – слов не сыскать банальней.