"Пока ты была со мною, я не боялся смерти..." И.Бродский

Пляска звезд - в зимних лужах,
Нынче Питер простужен.
Но Рождественской ночью
Очень славен и нужен.

А у старшего из поколений
Всё с Петром спорит Ленин.

А у младшего - нет вопросов,
А у младшего - есть ответы.
Нынче вечер так розов,
Бал - высокого света!

У зданий - крутые бедра.
И лица - насквозь худые
У стариков. Как гордо
Блестят их глаза седые.

В метро я сидела рядом -
С носительницей блокады...
Она спросила: "Какая станция?"
А я стала метаться
И ответила: "Нарвская" - она,
Оставив глаза вдалеке,
Погладила меня по руке...

...Уютно залег под снег ты,
Зачем упрекать твою расу,
Что слишком стройны проспекты...
Прямы - как пути Китовраса.

А завтра седое утро
Подснеженное, откушать...
И тихо в душе, как будто
Поземка промыла душу.

Сенатская площадь - родная,
Как будто с рождения знаю.

Для Всадника - небо низко,
И вспомнить в тисках рассвета:
Сюда не пускайте близко
Романтиков и поэтов!

Романтики и поэты...
Вот дом, где живет Державин...

Мой Питер, пока во мне ты,
Пока чудеса не ржавы,
Вдруг спросится: верьте-не верьте -
Где повод бояться смерти?

***

"...И напрасно в сиянье просилась в эти четверть минуты душа..." Г.Иванов

...Сверкнула, расцвела на черни -
Как бесконечности - конец,
Не меркни, милая, не меркни
В тисках клубящихся колец.

О светлая, в моих желаньях
Придирчиво найди одно,
Его исполни в наказанье
Ошметки бросив мне в окно!

Что толку в сбыточности тайных
И распаляющих надежд?
Как вина - без оков хрустальных.
Как одалиски - без одежд...

ЗАВТРАШНЕМУ

Ты просто воздух или хлеб
(Что вечно ешь - не будешь сытым)
И - Пушкин, Павловск, Кингисепп -
Твоя сиятельная свита.

Последний день в тебе. Изволь
Просеять девушкины слезы.
Январь. На градуснике 0,
Но ветер - ставленник мороза.

Вот говорят: возврата нет
В места стремительного счастья...
Пошто же, батюшко-мой-свет,
К тебе не должно возвращаться?

Так буду завтра поминать,
Как я вчера об эту пору
Глазела на стальную гладь
И на упертую "Аврору"...

Простор и свет - не в мой ли вкус?
Извивы голосов и линий...
О, злая питерская грусть
О тщетности любых усилий!

Здесь - трепыхаться среди звезд
И взоров странного народа,
Облюбовать на счастье мост -
Неутолимая свобода.

"...не сотвори кумира..."

Этого не будет никогда -
заклинанья страшные излишни,
Я останусь в закоулках книжных
Как закладка. Сильные года

Предпочтут субстанцию другую
(Как объект воздействия). А ты
Алый демон райской красоты
Будешь делать то, что не могу я.

В общем, как всегда (и смысла нет
Эту мысль упихивать в страницу)
Я не ты (лежат мои границы дальше
От тебя, чем сто планет

Глупого созвездия Барана).
Думаешь, я признаюсь в любви?
Нет, любить тебя мне слишком рано,
Подожду прохладности крови

Или воплощения иного...
Всё, мой ангел, не суди сурово -
Вижу. Воздыхаю и молюсь.

И ловлю твою наживку - слово.
Хоть ты ждешь отборного улова,
Но не пуст алтарь. И это плюс.

Снова недопеты,
Фонари Татляна.
Ёмкие куплеты -
Эти только спьяну.

В тусклом переходе,
В пол второго ночи,
Я уже на взводе..,
А ты, писать хочешь.

В.Блэк » 29 сен 2011

Горизонт зовёт, алея
Сколько ждёт в пути всего.
Ветер, парус не жалея,
Увлекает вдаль Арго...

«Гелиайне тон эона»*

Звёзды бегают по небу
С астролябиями споря
Безнадежно сбились с курса,
Лишь игрушка мы у моря...

Ждёт своих сынов Эллада,
Мы ж, во власти Посейдона...
Попрощаться, братья надо...
- Гелиайне, тон эона!


«Кинюпонтай фонон халинои»**

Мой страшный враг, ну что ж ты! Где ты?
Я видел хвост его коня...
Шеломом воду пить из Леты
Ещё вчера обрёк меня!!!

Бежал?! В смятеньи древний полис-
Былой "Великолепия Сосуд";
Керамикою демоса надежды раскололись.
Он опустел! В него мои эфебы ссут!

Он опустел. В крови купались вои,
Кричал им - Режь! Насилуй! Жги!!!
Немногие спаслись . Тебе расскажут, то ли !
Ты ж, для меня себя побереги!

Твоей любимице, прекрасной Саре,
Отрезал косы, их тебе прислал!!!
Надеюсь, до скорейшей встречи? Хайре!...
Твоим гаремом я вчера на рынке торговал.

В.Блэк » раннее (годЪ 2005)

 * «гелиайне тон эона»    Прощайте навсегда (др. греч.)

 ** «кинюпонтай фонон халинои»  Удила звенят о смерти… (др. греч.)

Шумный офис опустел,
Все умчались на авто.
За чужой компьютер сел,
Не мешает мне никто.

Взглядом впился в монитор.
Пальцы сами по клавире,
Словно суматошный вор,
Душу - музе, разум - лире,
Сердцу, пламенный мотор...

За окном раскрытым, ночь.
Улиц тысячи огней,
Чашка кофе. Робость прочь.
Страсть, чтоб выразить верней,
Сорван с губ запретный скотч.

Рвутся в тенетах слова.
Пазлы рифм... Не то… Корзина.
С гильзы прочь табак... Трава.
Вдох... Дым... Тает паутина.
Принимай, огонь, дрова...

Утром ты сама поймёшь,
Кто взломал твои пароли,
Своим чувствам не соврёшь.
Рампа. Розданы все роли...

В.Блэк » 22 ноя 2010

Нет. Вовсе не яблочной ссоры душок,
И не проклятие на посошок...
Всё было не так. А душа иссиня -
Вот ты к себе подзываешь меня,

Целуешь меня в золотой пробор.
И отпускаешь во двор.
И - весь в делах - забываешь сказать,
К которому часу назад.

А я всё гуляю -
сандалии грустно сквозят,
Качели гундосят недеццки сварливо.
И падает слива
Дождя на кошачий кремнистый песок.

И вот тереблю поясок,

Понурясь пшенистой головкой:
Да ну его к лешему Вовку -
С книжечкой сальной,
с козюлькой в носу!

Ах Папа я здесь словно в тёмном лесу.

И скоро появится осень.
Я знаю, Отец, ты не бросил...
Ведь в доме - завалены почтой столы,
Ты вечно читаешь мольбы и хвалы
И что-то - на птичьем напеве,
Ещё непонятное Еве.

Боясь, что вот-вот и опустится мгла,
Я знаю - вернуться б без зова могла.

Но гордость (да будь же она не ладна!)
И вот во дворе я играю одна,
Под елки чахоточной лапой...

Скорей же зови меня... Папа.

Ты сидишь со мной который день
Учишь азбуке и глинтвейну
Сообщаешь, что я не гений
И снимаешь с облака пену...

И возжигаешь темные свечи,
Говоришь, что таких уже лечат.
Эй седлает безвольное Би
В мимолетном приказе "люби!"

А я знаю давно, что в сердцах есть линзы,
И потому мы мешаем масло и брынзу,
сон - с экраном, дом - с койкобарованной,
жаль, не умею быть пьяной...

А ты на ель водружаешь серьги
С оптимистичнейшею из энергий,
Со словами: отсутствие крема
в твоем пирожном - твоя проблема.

а я знаю давно, что у слов есть тени,
И что может быть больше двух мнений.
и родилась с плачем, что я не гений
И что надо лечиться...

Но лечиться не буду. Седая волчица
Лижет красный лед моих отклонений.

    "...затем, что внутри нас рыба дремлет.."
    И.Бродский

    Здесь - ни души.
    В глубинах темно...
    Слышны колебания -
    Где-то вверху егозят пароходы.
    Я не влюбляюсь в тебя,  но
    изучаю воду
    В которой мне может придется жить.
    Ибо рыбам (женам) нужна вода
    И кубики льда
    Для поддержания тонуса кожи...
    (для пети, сережи
    и себя самой тоже).
    А ко льду - морозильная камера
    на тридцать персон
    И кровать ренессансная,
    На которой возможен здоровый сон...

А что на дне твоём - мне всё равно,
Лишь бы ты моё не тревожил дно.
и никак иначе.
Я знаю свою задачу:
В нужный момент всплыть кверху брюхом
(оно - белый флаг)
с раскинутыми плавниками
Зрелые воблы твердят,
Что это - ответственный шаг.
(читай Мураками,
Технично меняй пространство,
Целуйся ртом
и жадно - как рыба глотает воздух)
Не будь занудой, не спрашивай "что потом"
Умей превращаться в летучую рыбу
При белых звездах...

И помни - лишь только когда одна
можно вернуться к манерам большого дна.