Уважаемые коллеги - те, кому это интересно! Предлагаю вам видеоверсию спектакля, точнее - генеральной репетиции спектакля, поставленного мною лет пять тому назад по трагикомедии Николая Коляды "Старая Зайчиха". Желающие посмотреть - наберитесь терпения, поскольку спектакль записан не фрагментами, а полностью.

   Вспышка памяти – странная прихоть судьбы –
   Застилая багровым туманом глаза,
   Как невзнузданный конь, поднялась на дыбы
   И швырнула меня на столетья назад…

   Что же это? Видение, бред, или сон?
   Иль безумья тревожно мерцает маяк?..
   …Предо мной ветеран с рассечённым лицом,
   Но силён и поджар, закалённый в боях.

   Глядя, как я колю и рублю от плеча,
   В изумленье учитель-ланиста притих.
   «До» и «после» сокрыты. Я – здесь и сейчас.
   Он мне мать и отец – я не помню других.

   Сожаления, страхи, безумства любви…
   Да помогут мне боги, и Марс, и Арес!
   Если битвы искусство исконно в крови,
   Первый бой свой придётся принять на заре.

   До кровавого пота, до мушек в глазах
   Я шлифую коронный смертельный удар,
   Даже старый ланиста сегодня сказал,
   Что нечасто он видел столь редкостный дар.

   Жаждет зрелищ жестоких пресыщенный Рим,
   Разодеты матроны, патриции, плебс…
   …Погружаюсь в атаки стремительный ритм
   И пощады не жду от бесстрастных небес.

   Белоснежная тога, лавровый венок,
   Императорским пурпуром рдеет хитон…
   Да, всесилен тиран, и ему всё равно,
   Для кого нынче лодку готовит Харон.

   Расползлись, словно змеи, сплетения вен
   По моим загорелым и сильным рукам,
   Ave, Caesar! Я больше не жду перемен,
   Разрубая трезубец и сети аркан.

   Morituri salutant! И новый бросок,
   Ретиарий повержен и встанет едва ль,
   Жадно пьёт его кровь раскалённый песок,
   Кровь, что в жертву приносит разящая сталь.

   На арене для нас нет врагов и друзей,
   Каждый сам за себя, даже брат мне не брат,
   Полстатысячной глоткой ревёт Колизей,
   От кровавого зрелища бешено рад.

   И в последнем замахе мой гладис воздет,
   А трибуны беснуются, с пальцами – вниз!
   У меня и противника выбора нет,
   Просто боги послали нам разных ланист.

   Эти странные судьбы нам рок начертал,
   Снова гаснет в глазах ослепительный свет,
   Милосердная память закрыла портал…
   Я убила его. Или… всё-таки нет?

Мир человечий туп, сонлив и добр
От мелкого обыденного счастья,
А здесь у нас, у королевских кобр,
Свои повадки и свои пристрастья.

Молитесь милосердию змеи
Все те, кто не был до смерти ужален.
Храни вас бог, избранники мои,
Когда вползаю я в альковы спален!

Ведь каждый раз, дыханье затаив
На краешке опасности и страсти,
На флейте вы играли свой мотив,
И я была почти что в вашей власти.

Как в сладком полусне ласкала вас
Касанием раздвоенного жала,
И женщиной земною всякий раз
В своих мечтах себя воображала…
 
Но резкость жеста, неуместность слов…
И ни мгновенья медлить я не стану –
Бросок, укус! Крепка, как смерть, любовь
К тем, кто посмел прервать мою нирвану.

Погибли все, кто ввериться не смог
Священной кобре – ожерелью Шивы.
Избранники мои, храни вас бог!
Вы не боялись. Потому и живы.

…В своей норе, в прохладной глубине
Забуду поцелуи и объятья,
Но смена кожи вдруг напомнит мне
Шуршание сползающего платья…

И в блеске обновлённой чешуи
Я вновь вернусь к своим опасным играм…
Храни вас бог, избранники мои!
Прости мне, бог, всех тех, кто не был избран.

* * *
Я б тоже был духовным и идейным,
но, по пути к молельням и читальням,
то отклоню маршрут к местам питейным,
то честь отдам уютным женским спальням.

* * *
Не ради призрачных идей,
а для смущенья дам чувствительных,
глаголом жгу сердца людей,
и парой емких существительных.

* * *
Я сам творец, а не сторонний зритель,
и в череде находок и утрат,
я сам себе и Фидий, и Пракситель,
и, на беду, Нерон и Герострат.

* * *
Мой быт устроен просто, даже скудно,
но ни грустить не склонен, ни роптать я,
пока эмалированное судно
не бросит якорь под моей кроватью.

* * *
Я, как и вы, увы не без греха,
но по привычке сторонюсь упрямо
двух крайностей, двух тошнотворных «Ха»:
нытья Ханжи и панибратства Хама.

* * *
Жизнь кипит, бурля и пенясь,
как в ракете перегрузки,
я ломлю, отдача – пенис,
или как оно по-русски...

* * *
Даже рассыпаясь по частям, и
убавляя в тяге с каждым годом,
ще могу погромыхать костями
при транспортировке своим ходом.

* * *
Дождем осенним жизнь размыта,
и унисон моей тоске
в глазах усталого семита
на позолоченной доске.

* * *
Жизнь постигая с интересом,
в иных вопросах стал я асом,
прослыв начитанным балбесом
и компетентным лоботрясом.

* * *
Я живу легко и ровно,
не мудрец, и не дурак,
то духовно, то греховно,
в общем, сам не знаю как…

Я верю пасьянсам осенним 
Из ветра и желтой листвы. 
Я знаю, несбывшейся тенью 
Во двор мой заглянете Вы. 

Закружится день в позолоте. 
Уйдёт за прощальную грань. 
И звездные капли проглотит 
Колодца сухая гортань. 

рябью в глазах переливчатой – полосы
черная, белая, черная, белая...
ветер ласкает курчавые волосы
вечер рукой обнимает несмелою
тени фонарные длинные–длинные
хриплость колес по асфальту промокшему
пики церквей с петухами старинными
звуки сирен отдаленно–оглохшие
мне бы все это любить... да не можется
мне бы все это воспеть.. да не в голосе
наши печали от знания множатся
черные полосы.. белые полосы...

что же грустишь ты, дареный–несуженый,
тихих мелодий звуча отголосками?
... не отмеряю семь раз я...

"ненужное",
точно на раз отрезаю полосками.
черная, белая, черная, белая...
наспех потом наживляю стежочками

что же я делаю?
черное – к белому
этими нитками... этими строчками...

Холодно не потому что зима на улице, а потому что холод внутри.И никакими пуншами, никакими каминами не согреться.Бродить по просторам интернета, пытаясь там что-то найти, а лучше бы поискать внутри себя.И хочется вдруг сидеть ночами ,стараясь писать что-то важное(зачем?) ,заваривая крепкий кофе ,раскладывая бесконечные пасьянсы(какой ответ они могут дать?), куда-то уезжать всё время(вдогонку за мечтой?), понимая что то, что ты ищещь , может быть мыльный пузырь (как не хочется в это верить!) и те, кто нужен тебе, уже нашли тех, кто нужен им.Бывает, они потом спохватываются, когда ты перестаёшь о них думать, но...Они , конечно же, сильные .А потом оказывается, что сильный это тот, кто может спокойно сделать другому больно.

И ты отпускаешь их из своей души.И снова сидишь со своей чашечкой кофе...Уже не раскладывая пасьянсы( все ответы известны), бродя по просторам интернета, зная что всё что у тебя есть - только ты сам, и то ,что в своей душе оставляешь.