Works

вскрикнет птица вдалеке, вздрогнет лист. постучит соседка в дверь - взять взаймы. Я на карте отыщу Калаис, стану сказку сочинять – повесть «Мы».

«Не вкусный хлеб» — слыхали такое? «КОГДА ПЕРЕСТАЮТ ЕСТЬ ХЛЕБ, ПРИХОДИТ НЕСЧАСТЬЕ...» Я проработала с хлебом всю жизнь. Закончила институт, работала в системе Министерства Заготовок СССР. И сегодня, читая порой в сети красивые слова о «сакральном хлебе», не могу сдержать слез. Потому что за этим словом для меня стоит не мистика, а огромная, сложная, порой трагическая страна, которую мы потеряли.

Какое мне дело до роста того, Кто никогда не смотрит снизу-вверх?.. А если его шаги слышат все, включая глухих, – Это вес?..

я любил её ещё до встречи всегда одна и та же женщина, но выглядит по-другому я высокий и красивый, как июль бесконечный отражаться хочу в твой тихий сладостный омут

Море не зовет. Оно просто есть — серое, задумчивое, цвета маренго. Такой цвет не найдешь на палитре; он рождается лишь в памяти, когда синь уже отступила, а серость все еще дышит усталым светом. Это цвет забытого платка, пропитанного солью и временем.

Серый холод застрявших в антеннах небес Добивает отряд незадавшихся дней. И скрипит никогда не желтеющий лес Колыбелями чёрных, ползучих теней.

Может, райские кущи,Может, просто палатки.Сквозь зелёную гущуСмотрят неба заплатки.Шорох пальмовой ветки,Тонких стен колебанье.Рядом с хижиной ветхой,У высотного здания.В океане бескрайнемГонит ветер скорлупки.Уплывает ИзраильВ шалашах своих хрупких.

Ленинград «Нале-во! Вы где, на танцах?! Как поворачиваетесь?» -- глаза инструктора-отставника сходятся на переносице. На мне пышная юбка и туфли на каблуках. Как я ещё могу крутиться? Перед соревнованиями по гражданской обороне он назначает меня старшей. «Не могу» -- виновато говорю я. «Почему?!» -- рявкает отставник. «У меня замедленная реакция» -- ещё более виновато объясняю я. «Йй-я плохо ориентируюсь на местности.» Девчонки хохочут, вернее ржут! Построение. Я перечёркнута двумя ремнями. Сумка с медикаментами. Противогаз. Рав-няйсь! Смир-но! Ремень слева наверху шевелится, как живой. Это моё сердце колотится. Оно почти что снаружи… Волнуюсь, что подведу команду.