(по мотивам моих "Стихошахматных сонетов")
Я слабость знаю за собой:
Люблю лошадок - так прелестны!
Их обожают повсеместно,
За то, что резво рвутся в бой!
И устремляются гурьбой
За ними толпы пешек местных -
В седле им было б очень лестно
Рискнуть шальною головой!
Любая пешка стать фигурой
Мечтает, к эндшпилю хотя бы...
Не хилы, хоть слегка корявы,
Хитры, крепки мускулатурой -
Они рискнут своею шкурой,
Чтоб стать для Короля забавой!
* * *
Вперед, мой Конь, спеши в атаку,
Беря сонет наперевес!
Не Троя тут, и не Итака -
Другой тут бог, а не Зевес!
По направлению к закату...
А чтобы не попутал бес,
Скачи, веди свою ватагу
Сквозь дождь из стрел и копий лес!
Вас убоится злой соперник -
Пусть закрывается щитом.
Вперёд, вперёд, на Белый Дом*!
Не бойся ядовитых терний,
Что устилают к славе путь -
В победе нашей жизни суть!
* * *
А Слон - скользит лукаво боком,
По всей доске, наискосок.
И терпит он - клянусь Пророком -
Е-два-е-два - коней прыг-скок!
Крушит заслоны, ненароком
Не заслонясь, бьёт бивнем в бок
Ладью, Ферзя, Коня, - как рогом,
Трубя им гибели урок.
Кричит: "Я лёгкая фигура,
По лёгкости, с какой лечу...
Пусть бешен, я не пуля-дура -
Не мат, но шах мне по плечу!"
Его же, словно в Волгу Стенька,
Бросают, жертвуя частенько...
* * *
Ну, а пока - он веселится,
И жертвой медлит становиться...
А может быть, судьба-чернавка
Самой готовит мне удавку!
*Белый Дом здесь - рокировка Белого Короля.
О вреде знаний...
Игра такая, друг мой, штука,
В ней важен всякий аргумент,
И пусть полезна в ней наука,
Бывает всё ж такой момент,
Когда сюрприз опасней трюка,
И чем наивней конкурент,
Тем меньше одолеет скука,
Коль на идеи есть "патент"...
Есть много в знаниях печали -
Про то нам мудрецы сказали...
Они в печалях знали столь!
Конечно, в знаниях есть сила -
Несчастных нас подчас косила...
Не в знаньях состязанья соль!
Сонет Боевого Коня
Чужд благороднейший сонет
Моей натуре лошадиной –
И на пути к победе, длинном,
Не пригодится мне, о нет!
Предписано мне буквой «Г»
Перемещаться над полями,
Но за меня проржёте сами
Вы клич воинственный “Gardez!”!
Хоть большей не было угрозы
Для королев, чем шип у розы,
Но, коль война, я лезу в драку!
Чужих цариц не властны чары
Смертельны им мои удары...
Ржу, не могу: Вперёд, в атаку!
Отважный сонет
Отважный слон закроет короля -
Удары в грудь он от врага получит.
Один лишь шаг вперёд - и вуаля!
Придётся мне сложить сонет покруче...
Как будто снова вся игра - с нуля...
Но – Слава Богу! – Интернет не глючит!
И кровушкой не пОлиты поля,
И небо шахмат не покроют тучи!
В пылу ненастоящих этих войн
Мне слышится оружья скрежет-звон,
И сердце на минуту замирает.
Мерещится победа и успех,
А не противника ехидный смех -
Что прочит встречу в басурманском рае...
Сонет Ладьи
Вступает в бой тяжелая фигура,
И это значит, что близка развязка...
А бой – совсем не шутка и не сказка,
И чин ладьи отнюдь не синекура.
От полновесного её аллюра
Дрожат полы, с полей слетает краска...
Ну где ж ты, Королева-Златовласка?
Клинок врага? А может, пуля-дура?
Король-блондин не тужит – на смех курам,
Мечтает о принцессах и амурах...
Видать, собой пожертвовала зря!
Ты станешь героиней трубадуров
И, может быть, войдёшь в литературу,
Но без тебя не так ясна заря!
Критический сонет
Свежее критики рецепты,
Чем хайку, танка, триолеты...
За то - мы критики адепты,
Её бойцы-апологеты!
Мы не врачи, не терапевты -
Пропишем от хандры сонеты,
А на капризы Королев ты
Пропой частушки и куплеты!
Мы зарифмуем шах и мат
Шеренгой пешечных солдат,
Чтоб короли не ныли и не кисли!
И пусть король - как акробат:
Кульбит вперёд, кульбит назад!
И чтоб вращались в черепушке мысли!
Н.Н.
Высечь на камне или бы
Выжечь на чистой доске...
Нет, по воде вилами,
Чаще - рукой на песке.
И.В.
О, многоточье одиночеств.
Расколот лёд. И пики льдин,
Как острия высоких зодчеств.
Звенят: ОДИН, Одиннн, о-дииннн...
Г.З.
Ты убери из строк
Все знаки причитанья.
Переступи пролог,
Границу мирозданья!
Н.Л.
Нам с тобою месяц - третий лишний.
На часах застыли обе стрелки.
Коля, Коля, жаль, что спелы-вишни
Не едим с тобой с одной тарелки!
Т.К.
От радуги - сильней
И чаще билось сердце.
Ты потянулся к ней
И снял, как полотенце.
А. Б.
Чтоб совесть потом насовсем не загрызла,
Опаздывать будем на вещи без смысла.
Поспеть бы на радугу, дождь и рассвет.
И время в ничто разрядит пистолет.
Г.З.
Кричит кликуша из кликуш,
Что *люди гибнут за металл*.
Потом он свой срывает куш.
Какой ещё ты ждёшь финал?
С.Т.
Гляжу я на небо, поэтам я внемлю,
Ловлю я волшебные их голоса,
Когда же они забредают на землю,
Вот тут начинаются - да чудеса!
Ловлю я волшебные их голоса,
Когда же они забредают на землю,
Вот тут начинаются - да чудеса!
Г.З.
Разделит старый посох твой
Всю радость тайного побега,
Но обратится вдруг змеёй
В момент убогого ночлега.
А.Э.
Лучей горячий свет
В карманах облаков.
Пройдёт апрельский снег.
День-два и был таков,
Зимы с весною сводней,
Живой, но прошлогодний.
***Ни гром, ни болтовня сорочья
Не заглушит
Волшебной флейты междустрочья
Души.
С.Т.
Там, где сомкнутся параллели,
С тобою вместе
Под звуки тайные свирели
Исполним песню.
С.О.Щедры на угощенье власти,
Речей раскидывают сласти.
Народ до сладостей охоч.
И год на год похож -
Точь в точь!
С.К.Народ до сладостей охоч.
И год на год похож -
Точь в точь!
Ночь не вымолвит ни звука,
Пряча эхо в рукаве.
Знаю, сон мой будет в руку,
Речка, завтрак на траве.
Может, вспомнишь между прочим,
Не обронишь и слезы...
Город - вежливый мой отчим,
Ты без ласки и грозы.
А.Б.Не пил я несколько недель!
Меня упрёками не мучай.
Не может прорасти мой хмель,
Не то поднялся б лес дремучий.
Н.Л.
Ваша новая промашка -
Наша старая мишень.
Мир прекрасен, как ромашка,
Долговечен, как женьшень.
Н.Л.
Воздай же, небо, явь и сны
Рукою щедрою, сторицей:
Рецепт оливковой весны,
С орехом, тмином и корицей.
Н.Л.
Очаруй новой строчкой, браток.
Поднеси ещё чарку рассвета.
И сверчок свой отыщет шесток,
Не пропев окончанье куплета.
Н.Л.
Идём с тобой в руке рука.
Свободно и безбашенно.
Кисломолочная река
В деревне Простоквашино.
Подруга моя, ведьма с приличным стажем,
сказала однажды, выдохнув мятный дым:
"Пошло седею... Зрелость. Но, веришь, даже
не представляю его седым.
Милые мальчики нынче. Совсем не спорят —
то-то от них ни сердцу, ни голове...
Разве что чёткий ритм, как в немецком порно.
Впрочем, ещё попробуй устрой нас, ведьм:
если так много помнишь, какое чувство
может родиться от пепла, золы, воды?
Видишь сама, что я: остуда, пустошь.
... Нет, не могу представить его — седым...".
И затянулась. В тонкую сигаретку
вгрызся голодный злящийся огонёк,
пряный ментол, сделавшись серным, едким,
влился в привычный городу влажный смог,
и потекли минуты — опять без цели.
Скука присуща тем, кто живёт давно.
Я наблюдала. Люди смеялись, ели,
что-то скрывали, плакали, шли в кино —
будто пришедших сумерек было мало,
чтобы укрыть в них голод белковых тел.
"Слушай, мне словно триста — я так устала.
Сколько их было, званых, да все не те...".
Сколько их было...
К чёрту.
Один любимый —
и до сих пор не вытравлен из души.
Нет ни воды, ни пепла, лишь колкий иней
да пара слов, что следует придушить.
Вскоре расстались — ветер её попутный,
ветки ломая, рвался в ночной простор.
Чмокнулись нежно, мешая духи и пудру.
... Глупая девочка.
Впрочем, ей только сто...
Гибрид
Автор Ира Егорова-КрекнинаА говорили, что утро ночного не злее...
Правда - не злее, коль точно держаться на кромке.
Что-то учусь понимать - и в процессе мелею.
Или слабею - бессилит томление ломки.
Ведь не вчера мне известно, что Сатис - не Ницца.
Здесь человек должен сам доказать человечность...
Бьюсь в твоих пальцах гибридом - журавосиницей,
С криком "Не вещь я, а то, чем заводится вечность!.."
С криком "Свободу - пернатым, хвостатым и нищим!..
Нищим терпимостью и неспособностью спорить..."
Легкость и сила - не это ли, право, мы ищем?
Чтобы в карман и навечно - в болезни и в горе.
Знаю, бывают другие стандартные виды
Кожных касаний... Но мне бы хотелось, хотелось....
Просто пойми - если вышло родиться гибридом,
Значит, и воля и вера твоя - чуднотелость.
А если уж идти - так до конца,
До края: до стремянки или трона...
Усталый день стирает пот с лица
И стягивает ватную корону.
И как тебе - ему пора признаться,
Что эти игры он видал в гробу:
Что за ночь нарастет добротный панцирь
С которым "завтра" поведет борьбу
За право всех любить (не на параде),
За право открываться не боясь,
Что жизнь в прозревший глаз иголку всадит
И уведет в обыденную грязь...
За право целовать (как хочешь долго),
За право ждать не плетки, а венца.
За то, что называют чувством долга
(Но не формально, а с предельным толком),
За розовость надежд и цвет лица.
Зачем светило селевой поток
Стремит в твои сердечные руины?
(Когда б хотелось крови - хоть глоток,
Да ты сентиментален и жесток,
И наг, как на закате бедуины...)
Зачем тебе пристрастия Нерона?
За что теперь ты трогательно сник?..
И день, лишенный сахарной короны,
Расплакался, как юный призывник...
До края: до стремянки или трона...
Усталый день стирает пот с лица
И стягивает ватную корону.
И как тебе - ему пора признаться,
Что эти игры он видал в гробу:
Что за ночь нарастет добротный панцирь
С которым "завтра" поведет борьбу
За право всех любить (не на параде),
За право открываться не боясь,
Что жизнь в прозревший глаз иголку всадит
И уведет в обыденную грязь...
За право целовать (как хочешь долго),
За право ждать не плетки, а венца.
За то, что называют чувством долга
(Но не формально, а с предельным толком),
За розовость надежд и цвет лица.
Зачем светило селевой поток
Стремит в твои сердечные руины?
(Когда б хотелось крови - хоть глоток,
Да ты сентиментален и жесток,
И наг, как на закате бедуины...)
Зачем тебе пристрастия Нерона?
За что теперь ты трогательно сник?..
И день, лишенный сахарной короны,
Расплакался, как юный призывник...
А вот не судьба быть уверенным и суверенным.
Судьба - зацепляться за реплики и недосны.
А был-то задуман сверкающим чудом вселенным,
Да вот - подтопили гремучие соки весны.
Точней - растворили... Замяли, забили, сковали.
(Под старым девизом - развеять и раскрепостить),
Теперь эту брешь ты стремишься заделать словами...
И вслед за словами себя оправдать и простить.
Простить за доверчивый взор, по-плебейски открытый,
За норов щенячий - хвостом осеняться визжа...
За вещую память о вазе (когда-то разбитой
И ставшей священной в осколках), за свет этажа,
Который ты выбрал для выхода на подоконник
(опять же когда-то считая, что выход - един,
И вот в твоем доме живет незаметный покойник,
Который порою бывает тебе господин...)
А впрочем, зачем, словно фото - рассматривать раны?
Не проще ль - менять свое имя, когда припечёт?..
Ползите ж, мои тараканы, по белым экранам -
Быть может, узнаете сами где нечет, где чёрт
Колобок
Автор Трифонова АлёнаТы пуст, как ножка одуванчика.
В тебя дымить и дуть легко.
Беспечным престарелым мальчиком
Ошпаришь губы молоком.
Давно сердца ушли за звёздами,
Устав беречь твою хандру.
Ни пряником, ни злыми розгами
Живой не расшевелишь труп.
Не избалован, но безжалостен
К тому, кто Богом обделен.
Благоволишь, когда за малостью
Приходят люди на поклон.
Высок, но карликом озлобленным
Душа скорежилась внутри.
Себе ты кажешься особенным,
В себя не глядя. Посмотри,
Ты пуст, как ножка одуванчика,
И голова твоя лыса.
За глупым колобковым мальчиком
Следит наивная лиса.
И рыжей мнится привлекательным
Отнюдь не сдобный колобок.
Он будет съеден обязательно,
Она сломает свой зубок.
22.05.2014
Хватит
Автор Трифонова АлёнаОт ясновидящих некуда деться -
Каждый распахнутой держит дверцу.
Окна носами кишат и глазами.
Сайты смердят голевыми стихами.
Раз - и влетела кому-то в тело
Пуля бездумного словобстрела.
Два - оставляя в истории след,
Вирши свистят "Как бытует сосед".
Ты не жалеешь, тебя не жалеют.
Мир от жестокости не подобреет.
Все, что пророчишь, получишь сполна -
Думай: такая концовка нужна?
Ради красот, словотворчества ради,
Хватит смердить и кассандрствовать хватит.
21.05.2014-22.05.2014
