Стиль. Смысл. АртПерсона

	  

Врач вышел, ничего не говоря.
А, впрочем, чудеса не в нашей власти.
Был ясный день 8 октября.
И человек, потерянный отчасти,


На нужный мне троллейбус, вроде, сел,
Забрав пакет с ненужными вещами.
Край облака багрово розовел,
Сгущая цвет над серыми домами.


На все про все положено три дня
И купленный костюм когда-то в ГУМ-е.
День ангела 8-ого у меня.
День ангела! А батя взял и умер.

	  

                                                                           Памяти Билла Эванса, американского пианиста.

 

 

Игрушки в руках  жаркого лета,

яркие пятна, осязатели зноя -

вечером синий дымок сигаретный-

станем читать эту книгу запоем;

нового много в то лето откроем.

 

 

вернётся с танцулек соседка Наташка,

а Любка-соседка, увы, не вернётся...

всё будет Hard-rock, а если по-нашему:

достанут Любовь в сентябре из колодца.

игрушки в руках у прошлого лета.

 

 

мы верили Горби, он стал рок-героем,

только мой дед сомневался в исходе.

дед шахматист был, твердил он порою:

добренький ферзь - профнепригоден.

пешки смешные звонкого лета.

 

 

казалось, мы все из тюрьмы убежали.

в стакане – свобода, пусть самая малость.

тюрьма полыхала, и не было жаль нам.

страна полюбила, страна улыбалась!

достанут Любовь в сентябре из колодца,

надо же было так наколоться.

 

 

друг подписал на память пластинку.

друга уж нет.

лето, прости мне.

	  
Все детство я о велике мечтал,
Без разницы какого рама цвета!
Меня гипнотизировал металл,
И драгметалл подбрасывало лето.


И трезвым стало быть не суждено,
Когда  путем улажены делишки.
А мужики стучали в домино,
Изыскивая мелочи излишки.


И мяли трехрублевки алкаши,
Передавая паца-нам бутылки,
Считая чистоганом барыши;
Я проклял это все на пересылке!


Теперь плевать хотел я на металл
С его холодным, равнодушным бликом.
Выходит, не о велике мечтал,
Но, надо думать, думал о великом.

 

	  
Люблю, когда сосны и ели в грозу
Шевелят могучими лапами,
Угрюмо молчат и роняют слезу;
И голые царствуют запахи.


И небо клубится. И в чëрной реке
Купаются яркие всполохи.
И я приближаюсь к следам на песке,
Ныряя в шум ветра и шорохи


Предсмертного роста безбрежной травы,
И  шум выключаю ладонями.
И чувствую тяжесть пустой головы
На фоне всеобщей агонии.

 

	  

...Возможное и невозможное —
Смотри, не перепутай...
Главное — детям мороженое,
А стихотворение — внутрь

Когда полезем
Товарища из беды выручать...
Много написано песен,
А хочется помолчать...

	  

Ты мне назначила свиданье.
В руке — конфета у меня.
А чтоб прибыть без опозданья,
На велик с ходу прыгнул я.


Любил — особенно под горку —
Крутить педали — вот дурак! —
Крутить и с гибельным восторгом
Смотреть вперед. Как бы не так!


Нырнула в грязь мечта поэта.
Я не предпринял должных мер.
На черта ей моя конфета,
Когда есть с хреном кавалер.


Пока он там в песке возился,
Я мимо них проехал вновь
И к ним в песочницу свалился.
А х...ли! Первая любовь


Была не то чтобы наивна
Или совсем еще мала.
Но, блять, вот так демонстративно
За фантик душу продала!

	  

За домом сразу - яблоневый сад.

Отрадней места отыскать едва ли.                                   

Здесь яблони – красавицы стоят.

В картине мира так важны детали!

Мой дедушка трудился всё в саду…

О чём он думал в ранний час рассветный?

"….Однажды внуки – правнуки придут.

Я с ними рядом буду незаметно.

И всё им покажу – чудесный пруд,

Туман. Любуйтесь! Научу рыбачить.

А здесь фиалки  нежные цветут…

Места родные очень много значит!

И. словно отвечая на вопрос

О жизни после памятной Победы:

 «- Исправно всё. Сад жизни не зарос, -

Друзьям своим торопится поведать.

Был пройден путь, конечно, не простой.

Земля в цвету – и вновь – начало лета.

Мой белый сад, что дышит красотой,

Сам по себе является ответом!

И пусть опять приснилась мне война…

Не всё она, однако, обнулила.

В краю родном целебна тишина.

Под яблонями белого налива…

Мы знали, что сражаемся не зря.

И всё же – получилось быть счастливым!

Со мною вы, погибшие друзья.

Я помню вас, - а значит, не ушли вы.

Вот видите,- я здесь построил дом.

Моя семья – и радость, и опора!

Но не могу не думать и о том.

Что, может быть, увидимся мы скоро.»

Мне кажется, ход мыслей был таков.

Запечатлён он в кронах шелестящих.

Служить Отчизне испокон веков

Считалось на Руси великим счастьем!

 

 

 

 

 

 

 

 

 

	  
Ах, если только бы могло
Всегда быть чистое стекло,
В любое время,
Покрылись пылью до бела
Тогда б пустые зеркала,
Забыты всеми.


Беру я тряпку и ведро,
Сопротивляется нутро
И бьёт тревогу.
И ржавый ключ стучит о дно.
И солнца луч огонь в окно
Льёт понемногу.

 

	  

Хотят афинские мужи
Поставить Спарту на ножи,
Изведать кайф душой и телом;
Благословил резню Синклит.
Спешит пельтаст. За ним гоплит,
Чеканя шаг, идёт на дело.


По существу, расклад таков:
Что ожидает дураков
В такой глуши, не ясно что ли?
Едва рассеется туман,
Спартанцы встретят афинян
Тогда уже не хлебом-солью.


Взялись спартанцы за ножи:
Сейчас — афинские мужи —
Сейчас за всё, за всё ответят;
С трудоустройством нет проблем,
Работы — море, хватит всем, —
Хвала богам, — и даже детям!

	  

В пальме кроны вековой,

Свила птичка домик свой,

Скоро вывела птенцов,

Стал уютным милый кров.

Вдруг явился утром слон,

Был какой-то странный он,

Хмурый был и горделив,

Взгляд его был суетлив.

Слон на пальму ту взглянул,

Громко в радости вздохнул,

Стал чесаться слон о ствол,

Он в блаженстве томно цвёл.

Птичка вьётся пред слоном:

- Домик мой, слон, ходуном!

Пальму больше не тряси,

И изволь скорей уйти,

А иначе удружу,

Я тебя, слон, накажу!

Слон на птичку посмотрел,

Усмехнуться он посмел:

- Ты, певунья, с ноготок,

А грозишь, как носорог.

Дело делать не мешай,

Вон, у кустиков, летай!

Да покоя в птичке нет,

Ей в семье не нужно бед:

- Ты детишек сна лишил,

Домик наш чуть не сгубил!

Я добром прошу уйти,

Пальму больше не трясти!

Слон ничуть не горевал,

Птичке он в ответ сказал:

- Завтра я приду опять,

Соизволь меня ты ждать!

Слон на тропочку шагнул,

Скоро в чаще слон уснул.

Слон явился утром вновь,

Стал гонять у пальмы кровь.

Он чесался и трубил,

Боком пальму слон скоблил.

Птичка носится пред ним:

- Ты не внял словам моим!

Ты птенцов довёл до слёз,

Учиню тебе я спрос!

Полетела птичка в лес,

Слон не лил пустых словес:

- Мне тебя страшиться грех,

Нет преград мне и помех!

Я любого сам побью,

На земле столбом стою!

Пред слоном вдруг стая птиц,

Стае той не знать границ.

Слон в испуге поднял взгляд,

Сам себе он стал не рад,

Птицы все пред ним горой,

Вмиг рванули птицы в бой,

Стали вдруг слона клевать,

Слон стал дико верещать,

На весь лес он затрубил,

В беге слон рекорд побил.

Прибежал на речку слон,

Рассуждать стал здраво он:

- Вот тебе и мелюзга,

Расклевала мне бока,

Больше к пальме ни на шаг,

Попадёшь опять впросак!

Птичка стала жить живать,

Горя-горюшка не знать,

Встали дети на крыло,

Маме грустно и светло.

Слон за ними наблюдал,

Долго он ни ел, ни спал,

Осуждал поступок свой,

Был он явно не герой.

 

Конец

 

Автор: Виктор Шамонин-Версенев

Художник: Инна Якубсон

 

Аудиосказку ПТИЧКА И СЛОН слушать, скачать, читает Анатолий Шмыдко:

http://disk.yandex.ru/d/h0r9g84d3HT6FE

 

Видеосказку ПТИЧКА И СЛОН смотреть, слушать, читает Анатолий Шмыдко:

https://youtu.be/bfmBHLpHtIA

 

Видеосказку ПТИЧКА И СЛОН смотреть, слушать, читает Анатолий Шмыдко:

https://youtu.be/31vdn6u_EqY

 

Видеосказку ПТИЧКА И СЛОН смотреть, слушать, читает Анатолий Шмыдко:

http://rutube.ru/video/9a7babcc2587810cb8bda1c5cd9f9e3d/?r=plwd



Вверх