Вечер у порога,

Свесил чуба прядь,

Ветер-недотрога,

Чешет речки гладь.

Месяц боязливый,

Осмотрел луга,

Положил сонливо

Спину на стога.

Ворон на осине,

Сверлит грозно даль,

Леший на лесине,

Льёт тоску-печаль.

Белые туманы,

Поползли к реке,

И закат багряный

Скрылся вдалеке.

Ночка воровато,

Добрела досель.

Просочилась в хату,

И легла в постель.

Автор: Виктор Шамонин-Версенев

Стихотворение в МП-3 ВЕЧЕР У ПОРОГА... читает Анатолий Шмыдко, слушать, скачать:

http://yadi.sk/d/Vu0xMWHG2OZjrA

Стихи читает Анатолий Шмыдко, скачать, слушать:

http://rutube.ru/video/984e083aeff5fb7a678bf43795e0b51a/?r=plwd

Вечер тёмный и хмельной,

Тянет с поля мятой,

Месяц вышел молодой,

Смотрит хитровато.

Расстилается туман,

В сон уходят травы,

У серебряных полян,

Вязнут в снах дубравы.

В сладко-нежной дрёме лес,

Веет тихой грустью.

Даль-пространство до небес

Пахнет доброй Русью.

Автор: Виктор Шамонин-Версенев

Стихотворение ВЕЧЕР ТЁМНЫЙ И ХМЕЛЬНОЙ... слушать, скачать, читает Анатолий Шмыдко

https://yadi.sk/d/fC3Zk4Cg3JeLE5

Видеостихотворение ВЕЧЕР ТЁМНЫЙ И ХМЕЛЬНОЙ... смотреть, слушать, читает Анатолий Шмыдко:

https://youtu.be/a2vkmYEZ3no

Видеостихотворение ВЕЧЕР ТЁМНЫЙ И ХМЕЛЬНОЙ... смотреть, слушать, читает Анатолий Шмыдко:

http://rutube.ru/video/2017826ceb7925bb1e3300e547a8fb48/?r=plwd

  Дверь открыта. Славная комната.

 Здесь условия есть для творчества.

 Заглянуть незаметно, скромно так,

Посмотреть - рисовать захочется!

 Волшебство, вдохновение это...

Полетит карандаш, словно птица,-

Зацепить направление света

И с энергией солнечной слиться!

Мысли, чувства...или прообразы -

Как особое электричество.

То спокойно текут, то грозами,

А итог невозможно вычислить.

Рамки примут однажды новое.

На подходе другие замыслы.

Нет нигде ничего готового.

 В мире красок - нюансы, странности...

 Блещут светлые дали речные?

 Рыщет хищный корабль пиратский?

Что ж, секрет пока не раскрыли,

В ожидании замерли краски.

Жила-была одна страна.

Не маленькая, не большая — в самый раз.

Пела песни на праздниках, пекла хлеб с маком,

носила венки весной и надевала шубы зимой.

У неё были шумные города, добрые села и память —

ох, какая длинная память! —

аж до прадедов, что пахали землю босиком

и крестили детей, глядя в небо.

А прадеды прадедов, может, и море выкопали,

и пирамиды построили — потому что щирые были.

У этой страны было сердце.

И сердце билось: то тревожно, то весело,

но всегда — по-своему.

 И вот однажды пришли гости.

Словами сладкими, как халва,

улыбками ровными, как плитка тротуара,

и с обаянием лисы из басни —

те, что сыр выманивают под демократию.

— Страна, ты прекрасна, но не умеешь жить.

Вот тебе список — как быть «правильной».

Выучи, подчинись, перепиши.

Можешь даже с английского не переводить —

мы тебе всё объясним.

А взамен дадим:

поддержку, деньги и… много-много обещаний.

Страна смутилась.

Но подумала:

«Может, и правда пора подправить себя.

Ведь все вокруг такие успешные —

в кружевных трусиках, поголовно!»

 И отрезала первый кусочек себя.

Совсем малюсенький:

чуть-чуть традиций, чуть языка.

«Не обеднею», — подумала. —

Даже лучше стало — “современно”.

Прошло время.

Снова пришли гости.

— Молодец, страна!

Но нужно ещё чуть-чуть.

Флаг у тебя слишком яркий,

вера слишком старая,

память — слишком болезненная.

Ты лучше аграрной супердержавой будешь:

вот тебе и флаг подходящий — небо и пшеница.

Правда, пшеница какая-то бледная,

но мы тебе нанотехнологии внедрим — поярче будет!

Дай ещё кусочек. Вот здесь, над душой.

Страна вздохнула — и отдала.

Ведь все так делают.

А кто против — тот враг.

Тут не до нюансов.

 Так прошло семь лет, восемь, девять...

Каждый год она сжималась.

Как кожа шагреневая.

От каждого нового «должна»,

от каждого «ради победы»,

от каждого «иначе нельзя».

И вот однажды страна встала утром

и поняла:

могилы до горизонта.

Над каждой — флаг яркий,

пшеница и синь небесная.

А нет уже ни языка,

ни песни,

ни хлеба с маком.

Только речь почти посполитая — мова.

Только марш чужой — о близкой кончине.

И кусочек земли,

на котором никто больше не смеётся.

 А гости хлопали:

— Какая стойкая страна!

— Как борется!

— Как не сдаётся!

А в ней самой… осталась только тихая слеза,

что скатилась по последнему полю

и впиталась в землю,

где когда-то бегали босые дети.

 И тогда старуха,

что жила на краю этой земли,

вышла в поле,

опустилась на колени,

положила руку на землю и сказала:

— Ты боролась не за себя,

а за чьё-то мнение.

Ты хотела понравиться,

а не остаться.

Но всё ещё можно…

если вспомнить, кто ты.

Шагреневую страну не вылечить,

но можно засеять её остатки —

зерном правды.

Не лозунгов,

не благодарностей гостей,

а правды, вросшей в корни.

И тогда, может…

вырастет что-нибудь настоящее.

Пусть не сразу.

Но живое.

И своё.

От станции совсем недалеко
Есть дом и сад, меня к себе зовущий...
Здесь дышится свободно и легко,
А звёздочки в ночи крупнее, гуще.

Хорош и ночью яблоневый сад.
Пусть пролетает ветерок тревожный.
Минуты, мысли светлые скользят,
И прошлое представить мне несложно.

К пруду тропинка тёмная ведёт,
Где ожидает маленькая лодка,
Кувшинок манит свежий хоровод...
Их нежный свет дрожит, мерцает робко.

Места родные так любил мой дед.
Он видит нас из невозвратной дали,
А самого его давно уж нет.
Осталась память добрая, медали.

Едины ночь,тропинка,этот сад.
Затих и гул дорожный незаметно.
Царит вокруг неповторимый лад
И длится миг чудесный, предрассветный...

Когда-то мы, простые люди, верили: международные организации призваны защищать мир, права человека, человеческую жизнь. Но чем больше смотришь на современные конфликты — тем больше чувствуется: что-то тут не так. Кто-то играет не за правду, а за свои интересы. И этот «кто-то» — не те, кого показывают в заголовках, а те, кто заварил эту кашу десятилетия назад.

И я думаю, что это — те самые сдувшиеся неоконы, архитекторы беспорядка на Ближнем Востоке, которые когда-то решили:

"Мы принесём этим странам демократию… если придётся — с бомбами."

Так «приносили» её:

в Ираке — войной и разрушением.

в Сирии — через «арабскую весну», что превратилась в многолетнюю резню.

в Ливии — убив Каддафи и оставив страну в руинах.

в Египте — держа страну в состоянии полуразвала.

в Палестине — разделяя и стравливая.

теперь — Иран и Израиль.

Как будто есть некий план: не дать странам региона встать на ноги.

Разделяй, поджигай, продавай оружие, управляй через страх.

И всё это — чужими руками. В том числе и руками Израиля.

Израиль: инструмент или участник?

Не скажу, что Израиль — без вины. Но он не архитектор.

Он скорее разменная фигура в большой партии, которую ведут в Вашингтоне те, кто называет себя защитником свободы, но давно забыл, что это — жить без войны.

Теперь — что-то новое?

Они видят, что старые схемы не работают. Люди не верят.

Поэтому поднимают ставки, разжигают новые конфликты.

Никто не хочет мира по-настоящему, потому что на войне — можно много зарабатывать и хорошо управлять запуганным народом.

А где правда?

Правда — не в штабах, не в дипломатических письмах, не в телеэфирах.

Правда — в глазах детей, просыпающихся от ракет.

Правда — в руках матерей, которые хоронят сыновей.

Правда — в нас, если мы не перестанем называть зло злом,

даже если оно красиво упаковано в слово «свобода».

Мой вывод простой:

Те, кто разрушили Ирак, Сирию, Ливию,

кто разожгли конфликты под видом «помощи»,

кто использовали Израиль, словно меч в чьих-то руках —

те и несут историческую вину за то, что Ближний Восток до сих пор пылает.                                                                                                               

Когда вера становится прикрытием

Недавно сенатор США Тед Круз заявил:

«Нас учили в воскресной школе: благословляющие Израиль — будут благословенны, а проклинающие — прокляты!»

Сказал это — как железный аргумент, оправдывающий любую поддержку военных действий. Как будто Библия — это контракт на поставку ракет.

Но ведь настоящая вера — не в лозунгах, а в поступках.

А в той же самой Библии сказано:

«Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божьими»

(Мф. 5:9)

«Не убивай» (Исх. 20:13)

«Люби ближнего твоего, как самого себя» (Лев. 19:18)

Те, кто выдирает удобные цитаты, чтобы молотить по другим, не благословляют — они просто оправдывают разрушение.

И особенно горько, когда вера превращается в политическую броню, которую надевают не от страха Божия, а от страха потерять влияние.

Хочется в ответ сказать словами Евангелия:

«Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры,

что уподобляетесь окрашенным гробам,

которые снаружи кажутся красивыми,

а внутри полны костей мертвых и всякой нечистоты»

(Матф. 23:27)

⚖️ «Еврейская Библия» и политика

Когда Круз ссылается на «еврейскую Библию», он, вероятно, имеет в виду Тору — древнейшие книги Ветхого Завета. Я лично не изучала Тору и, откровенно говоря, не стремлюсь изучать её в политическом контексте, особенно когда ею начинают размахивать, чтобы оправдать войну.

Цитата, на которую он ссылается («благословлю благословляющих тебя...» — Бытие 12:3), была обращена к Аврааму — отцу всех верующих, а не к государству с танками, ядерной программой и военными контрактами. Использовать её как щит от критики — значит искажать суть веры.

Библия не выдаёт лицензию на ракеты.

И кто бы ни вырывал из неё строки ради политических дивидендов —

пусть вспомнит: Господь видит не речи, а сердца.

Что нам остаётся?

Нам остаётся называть зло злом,

даже если оно красиво завёрнуто в священные цитаты.

Остаётся не позволять втягивать нас в чужие игры,

в которых мы — просто фон.

И остаётся не стыдиться простых слов:

«Люди заслужили не демократию на танках, а право просто жить».

золотятся цветы, догнивает телега,

в поле зреет футбол, но, увы, без Олега.

 устремляется даль, сыплет звёздами высь,

на вокзале гудки – зашибись, зашибись.

в Горсаду тишина – дискотеки не будет,

понесут по домам свои спелые груди

Натальи, Людмилы, Светланы, Оксаны...

я вас тихо люблю, я пою вам осанну.

золотятся цветы, догнивает телега,

в поле зреет июль, но, увы, без Олега.

 чей-то быстрый огляд, недосказано слово,

буду ждать у ДК в половине второго,

эта ночь навсегда, нас никто не осудит!

принеси для меня свои спелые груди.

 лишь фонарь на окраине мог догадаться-

ей уже двадцать семь, а ему - лишь пятнадцать.

 полыхает пожар – золочёная нега,

ты подругам шепнёшь про него, про Олега.

 зарядили дожди, зарядили дожди,

зарядили дожди зарядили дожди

зарядили дожди

На рассвете ещё небеса не решили,
Что надеть — золотое, румяное, синь —
Как ребёнок душа — все обиды забыла —
Вновь вернулась тропою богинь.

Тишина — как молитва, без слов, но святая,
Невесомый туман, словно времени шаль,
Поманил, напоил, увлажнил и растаял,
Как кормилец чудесный — священный грааль.

Солнце катится, медленное, как прощенье,
По тропинке, листве, по слепящим домам.
И в лучах, между снами и пробужденьем,
Облегченье дарует болючим местам.

Нет ни злобы, тревог, ни сомнений — заветом
Лишь дыхание света и жажда обнять…
На рассвете душа умывается светом,
И прощая, решает: идти и сиять.

– Привет, ты кто?

– Я Запад. Разум. Мозг, отчёт.

– А я душа. Из русских. Тут… живёт.

– Ты странная. Ты плачешь просто так.

– А ты в улыбке прячешь весь свой мрак.

– Ты кормишь всех  так стань космополитом!

– Ты в панцире. Боишься быть открытым?

– Я просто прагматичен. Чёткий план.

– Хочу чтоб человек был счастлив, а не клан.

– Ты неэффективная,  мягка.

– Ты холоден - зелёная тоска!

– У нас бюджеты, цели, KPI*(кипиай)

– Медведь, гармошка чай и каравай?:)

– Ты беззащитна. Ты живёшь на веру.

– А ты живёшь, как будто всё — карьера.

– А что, по-твоему, важнее - быть?

– Не потерять божественную нить!

– Мы строим: дроны, спутник, биодата.

– Мы строим – баню, храм и огород у брата.

– У нас закон. И за него штрафуют.

– У нас же совесть, хоть бобер** бунтует.

– Но мир – суров. Здесь слабых не спасут!

– У нас спасут - укроют от паскуд.

– А вдруг предаст? Ты разве не боишься?

– Конечно, да. Но всё равно – делюсь я.

– Ты нелогична. Слишком ты открыта.

– В  тебе усталость, властная элита.

– Что будет далее? 

– Не знаю, не прогноз.

– А я – таблица. И меня не сбрось.

– Но знаешь… в этой вечной какофонии,

Ты нужен тоже, но без гегемонии!

– А без тебя я – в логике глухой,

Где песен нет, нет радости весной.

*KPI (Key Performance Indicators) — это ключевые показатели эффективности или деятельности.

**бобер  - барыга

Вот и бездна.

Говорю ей :

-Ты чего так пасть раскрыла?

Что, с тобою не воюют?

Лишь лететь?

А я бескрыла.

Падать тоже не пристало -

Не температура все же.

На колени?

Нет, не встану!

Я не в церкви, не на пляже.

Пустота - освободитель?

Так оковы не набрыдли.

Ты чего такого мститель?

Существуешь?

Это вряд ли.

С омутом не говорите.

Ждать чего от этой прорвы?

Нервно курят колориты

Эскулапской униформы.

2014

Я живу в простоте,

А хотелось  затейливо сложно.

Мне подруги не те,

Что чей-либо косяк  осторожно

До развязки ,  ума

Доведут и до сути причины,

Что б поднять на крыло

Бесполётную особь мужчины.

Я живу в простоте,

А хотелось затейливо сложно,

Что б друзья в суете

Мухоморной, опёночно-ложной,

Сыроежки б и те

Замечали, не только лисички,

А предпочитали

Клубничке, сиротку брусничку.

2015

Разлюбила дороги,

Перестали блазнить.

Постою на пороге -

Вот клубочек, вот нить.

Магистрали, просторы -

Куда хочешь беги.

Вас любила и горы,

А теперь ни ноги.

Тишь баюкаю в кроне,

Да и корни сплелись

Есть дороги с перронов

А дороги с земли?

2015

Забываю что было недавно,

Да и было всего то на рупь.

Ну с полтиной, ну, с буквы заглавной,

Но не слезоточащий заруб.

Вот что было давно не забуду,

Все записаны были ходы.

Три слезинки за восемь эскудо,

А на сдачу всего полбеды.

Упускаю из виду потери

Дальнозоркость диоптрий рулит.

Пусть интрига достойна аферы

Изумит.

2015

На ромашке погадаю -

СтОит обрывать реснички?

У надежды нету края,

Млечные мои сестрички.

Выпячу губу на "плюнет" -

Растерзать желание страсти!

Затаитесь слёзы-слюни,

Верьте желтоглазой касте.

Хоть горчит, но лечит тело

Ворошит в небесье синем

Овдовевшая поповна*

На закате турмалины.

*Поповник - одно из названий ромашки.

 2015

Господи, что ж ты деешь?

Мука за что и кара?

С возрастом молодеешь

душою, а тело - старо!

2013

По белой бумаге стихи -

врасли, вкоренились рядочки -

не вырвать, не выскоблить строчки -

будет не по-людски.

По белой бумаге стихи -

реестры рубцов и шрамов,

свежи - не рубцуются раны,

а надо бы сдать в архив.

По белой бумаге стихи

Лета прошли - всё горели

бумага от жара истлела,

отмолены все грехи.

По белой бумаге -

тихи...

2013

Пишите проще, господа!

Мне вирши ваши как Голгофа

Они должны быть как вода,

Не та вода, что катастрофа,

А та "тархун" что, лимонад

И всяк поймёт, и каждый рад.

А то напялите три смысла -

Я ногти все уже изгрызла -

Как понимать, о чем стихи -

Понаписали чепухи!

2015

Чепушинки пустомели -

вздор, бессмыслица и бредни

власть над мною возымели

как-то раз, кажись намедни.

Согрешила и не каюсь -

восемь строчек укокошить!

Ну, носила, ну, рожала...

Сосчитать и подытожить

Сколько этой ахинеи

Не прочесть людЯм хорошим!

Благодарности желаю!

Дата. Подпись - ручкой росчерк.

2015