Однажды бедный мальчик Джон,
Тирли-дирли-бом!
Родной навек покинул дом,
Тирли-дирли-бом!
Пошёл судьбу свою искать,
Тирли-дирли-бом!
Решил с фотруной поиграть,
Ну а дело в чём?!

В историю дурную влип,
Тирли-дирли-бом!
Был нанят юнгой на варшип,
Тирли-дирли-бом!
Своей судьбе наш Джон не рад,
Тирли-дирли-бом!
Им в море встретился пират,
В самый лютый шторм.

В крови огонь, глаза со льдом,
В ушах брильянты в кружке ром,
Тирли-дирли-бом!

В крови огонь, глаза со льдом,
В ушах брильянты в кружке ром,
Тирли-дирли-бом!
Хо-хэй!

Варшип вмомент пошёл на дно,
Тирли-дирли-бом!
А с ним команда заодно,
Тирли-дирли-бом!
Варшип пришвартовался там,
Тирли-дирли-бом!
Морской их встретил дьявол сам,
Вэлком, рыбий корм!

В крови огонь, глаза со льдом,
В ушах брильянты в кружке ром,
Тирли-дирли-бом!

В крови огонь, глаза со льдом,
В ушах брильянты в кружке ром,
Тирли-дирли-бом!
Хо-хэй!

Идёт по ветру галлеон,
Тирли-дирли-бом!
Монеты звонкой полон он,
Тирли-дирли-бом!
На мостик вышел капитан,
Тирли-дирли-бом!
Не верит он своим глазам,
- Разрази вас гром!

На рваных чёрных парусах,
Тирли-дирли-бом!
Варшип-мертвец наводит страх,
Тирли-дирли-бом!
На абордаж испанец взят,
Тирли-дирли-бом!
Спускает золото пират,
За хмельным столом.

В крови огонь, глаза со льдом,
В ушах брильянты в кружке ром,
Тирли-дирли-бом!

В крови огонь, глаза со льдом,
В ушах брильянты в кружке ром,
Тирли-дирли-бом!
Хо-хэй!

О кружку кружкою стучат,
Тирли-дирли-бом!
И песни пьяные кричат,
Тирли-дирли-бом!
О том, как позабыл свой дом,
Тирли-дирли-бом!
Дружище Чёрный шкипер Джон,
Помнят ли о нём?

В крови огонь, глаза со льдом,
В ушах брильянты в кружке ром,
Тирли-дирли-бом!

В крови огонь, глаза со льдом,
В ушах брильянты в кружке ром,
Тирли-дирли-бом!
Хо-хэй!

В.Блэк » 10 ноя 2010

Вот и подул, парус ставь поскорее,
С ветром, оно, брат, всегда веселее!
Дружные руки у Братства Морей,
Боцман, не жмись, всем по пинте налей!

Хэй! Хэй! Парус ставь поскорей!
Хэй! Хэй! Пинту рома налей!
Хэй! Хэй! Пьём за соль всех морей!
Хэй! Хэй! Парус ставь поскорей!
Хэй! Хэй! За борт свесив, отлей!
Хэй! Хэй! Чтоб вода солоней!
Хэй! Хэй! Парус ставь поскорей!
Хэй! Хэй! Пинту рома налей!

Хэй! На фордевинд парус ставь поскорее,
Разве пробил час болтаться на рее!
Разве устал наполнять их зюйд-вест,
Разве в портах не хватает невест!

Хэй! Хэй! Парус ставь поскорей!
Хэй! Хэй! Пинту рома налей!
Хэй! Хэй! Пьём за соль всех морей!
Хэй! Хэй! Парус ставь поскорей!
Хэй! Хэй! За борт свесив, отлей!
Хэй! Хэй! Чтоб вода солоней!
Хэй! Хэй! Парус ставь поскорей!
Хэй! Хэй! Пинту рома налей!

Все навались! Парус ставь поскорее,
Снова уйдём, тут тягаться тебе-ли!
Снова британский блистательный флот,
К дьяволу шлём, прямо в задний проход!

Хэй! Хэй! Парус ставь поскорей!
Хэй! Хэй! Пинту рома налей!
Хэй! Хэй! Пьём за соль всех морей!
Хэй! Хэй! Парус ставь поскорей!
Хэй! Хэй! За борт свесив, отлей!
Хэй! Хэй! Чтоб вода солоней!
Хэй! Хэй! Парус ставь поскорей!
Хэй! Хэй! Пинту рома налей!

В.Блэк » 10 ноя 2010

Его доверие - магнит

                  Плащ мне подай — ветер дождь принёс…

                  Моя безмятежность, где ты?

                  Это не дождь. Просто капли слёз

                   с чьей-то дальней планеты.

                                                          ("Слёзы")

                             Мария Павликовская-Ясножевская (1893-1945).

Мы пишем так, как говорим,

глагольных рифм, не избегая,

то леденеем, то горим,

спасаясь или погибая.

В недугах маемся любви,

Но тайны миру не раскроем –

поручим горести свои

литературному герою.

И пусть с героем мы «на Вы»,

но если горести серьёзны,

то не чужие, а свои

сквозь строки проступают слёзы.

Пески пустыни, райский сад –

виденья наши, а не чьи-то,

и наш – читатель-адресат –

разоблачитель-обличитель.

Безвестен или знаменит

ценитель ближний или дальний,

его доверие –

магнит.

И зреет стих исповедальный….

В старинной зале в час заката
Слух нежит "Лунная соната",

В камине угли чуть трещат,
За плотной шторой зимний сад.

В дверях усталый дремлет дог,
В бокалах ароматный грог.

И дружеская льется речь,
И тени от зажженных свеч

Вдоль стен безмолвно проплывают -
Иль это призраки блуждают,

Внезапно посетив наш мир
Гостями, званными на пир?

Ужель давно ушедших души
Явились музыку послушать?

Чтоб вспомнить жизнь свою былую
И поглядеть на жизнь иную,

О днях далеких погрустить
И тайну бытия открыть

Потомкам, занявшим их дом.
И глухо бас твердит о том,

Что близится прощальный час
Навстречу каждому из нас.

Последний прозвучал аккорд.
Встревожен дог по кличке "Лорд",

Очнувшийся от сонной лени,
Учуяв мир, где бродят тени.

Муз.и исполнение И.Алексеевой http://www.stihi.ru/avtor/tejya1960
Под редакцией В.Коробова http://www.stihi.ru/avtor/mrvladko49

Я Ангел в этом мире бесконечном,
Мне на Земле лишь временный приют...
И принимая облик человечный,
Я вижу жизнь, что протекает тут.

Моей Души измученной порывы
Забыть полета легкость не дают.
Воспоминанья призрачны, но живы
Лишь в сновиденьях форму обретут.

Еще не раз мне суждено вернуться,
Чтоб до конца свою постигнуть суть.
Я Ангел... Слышишь? Мое сердце бьется.
Но стану Светом я когда-нибудь...

Профессор Штруберг, потягиваясь, перевернул последнюю страницу фолианта. На книге было напечатано - Лев Толстой, «Анна Каренина», 1990 год. Какая древность! Прошло 200 лет, как народа, на языке которого была издана, а ранее написана эта книга, уже не существовало на свете.
   Благодаря суперсекретным разработкам были перепробованы сотни вакцин с гриппом и последняя из них, названная по иронии судьбы, «Медвежьей» - подействовала. Весь восточнославянский генотип был уничтожен за три дня вместе с носителями генов. Русский язык, как некогда латинский язык, стал мёртвым языком. Нация, так не дававшая покоя своей непредсказуемостью и нелогичностью просвещённой части человечества, рассыпалась в прах, не унеся с собою ни своих земельных богатств, не разрушив своих произведений искусства… После санитарной обработки, освободившиеся территории заселили правильным народом.
   Мёртвый язык было разрешено учить только техническим переводчикам, которые вот уже 200 лет рылись в архивах и перепирали на универсальный язык оставшуюся от мертвецов научную документацию. Штруберг знал, что работа уже практически завершена. Сегодня 12 мая 2222 года было принято решение подвергнуть уничтожению весь архив книг уже давно забытого русского языка, так как существовала опасность, что варварский язык даже в мёртвом виде представляет разлагающую угрозу для холодного, прагматичного разумного мира избранных.
   Профессор последний раз перечитал свою любимую «Анну Каренину» в подлиннике и положил книгу в утилизационный пакет.
   Он остался единственным человеком на планете, помнящим русский язык.
   ... Василий с удивлением проснулся в самолёте. Совсем некстати вспомнилась строчка: «О Русская Земля! Ты уже за холмом!» Увиденный сон если и напугал его, то совсем немного. Василий - талантливый молодой микробиолог перебирался на ПМЖ за бугор. Там обещали хорошую зарплату и перспективную работу. Он уже решил переделать свою совковую фамилию Шерстянкин на звучную Штруберг, чтобы не выделяться.

Опубликована 7 апреля 2011 года в газете "Советская Коломна" http://mkkprf.ru/sovkolomna-view-52.html

***

- Послушайте!- Еще меня любите
За то, что я умру.
М. И. Цветаева

Елабуга – знать пёстрая гора,
Пеструшкой тычется в окоченевший берег.
Была наивна и была добра.
В её могилу каждый третий верит.
Экскурсовод занудно тычет в нос -
Святую правду и немой вопрос...
От странностей своих странноприимных
Жила Марусей, а ушла Мариной.

4 августа 2010


Я в этом женском роду- последняя…Женская линия может возобновиться на дочери Мура, я ещё раз могу воскреснуть, еще раз- вынырнуть…

М.И.Цветаева (из письма)

1
Не по крови люди воскресают , а по духу!
Их обтёсывают и кромсают на проруху.
Трусят, словно бьют ковёр зимой потешной.
Околдован, словно вор бабёнкой снежной.
Не по крови воскресают, а по духу,
Не успел схватить весла - люби старуху.
Только тащится судьба козой трёхрогой…
Воскресился? – и вали своей дорогой…
2
А паломников собирайте половником,
Выбирайте, где жидко, где густо.
Генералов и подполковников
Призывайте под знамя искусства.
Сто экскурсий повытопчут тропы,
Чьи в петле парашютные стропы?
На костях неизвестного трупа
Создадут шеде-вральные тропы…
3
Люди сбрешут - гордыню потешут…
28 ноября 2010

***

Я ненавижу трехцветный гибрид над дырявым забором,
С гимном поддельным, со скипетром в левой руке.
Здесь молодым не дорога, лазейка протоптана вором,
Сточные воды текут из коттеджей по желтой реке.

Только дерьмо здесь всплывает, а чувства добрейшие тонут.
Здесь у добра лишь синоним причастности к нефтетрубе.
Доброго дела почет бизнесменом запорот,
Труженик здесь обречен за копейки погибнуть в труде.

Здесь я давно не наследник, пока поселенец.
Будто с контузией по Сталинграду бреду.
Всюду развалины, вывески, что ли, писал у нас немец?
Кто же тогда победил у нас, тля, в сорок пятом году?

Речь иностранная: всюду флешмобы и пати.
Девку от парня и в шаге не отличу.
Где моя Родина? Родину, су ки, отдайте!
Я не по ней, я по вам поминальную ставлю свечу!..

Я разлюблю тебя тогда,

когда разверзнется пучина,

когда над миром отзвучат

регистры оперы Пуччини,

где многомерный мир зеркал

нас отражает друг от друга,

где начинается полёт

за грань очерченного круга.

Тогда и там – на сотни вёрст

меня не будет в этом мире,

ни на Тибете, ни в Москве,

ни на заснеженном Памире.

Я разлюблю тебя на «раз»,

на «два» – шагну на гильотину,

за откровенность дум и фраз,

за краткий миг и вечер длинный,

за вишни зимней холодок,

за обжигающее «Здравствуй…» –

за «Уходи»  и «Будь со мной»,

за смех счастливый и мытарства…

и вот тогда, на грани дней,

в земной юдоли отболевших,

пойму – ни в жизнь не отгорит

любовь двух равно сумасшедших.